![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
атеистический аргумент
Dec. 31st, 2010 02:16 amкоторый работает против протестантов-позитивистов, но едва ли кого-то еще:
So next time someone tells me they believe in God, I’ll say “Oh which one? Zeus? Hades? Jupiter? Mars? Odin? Thor? Krishna? Vishnu? Ra?…” If they say “Just God. I only believe in the one God,” I’ll point out that they are nearly as atheistic as me. I don’t believe in 2,870 gods, and they don’t believe in 2,869.
православный человек должен сказать, что он, конечно, по-разному с атеистом "не верует" в языческих богов: яко вси бози язык суть бесове, -- утверждает псалмопевец, но вряд ли с ним согласится атеист (т.к. он, вроде бы, в бесов веровать не должен; хотя Достоевский отмечал, что есть такие, которые в Бога не веруют, а в черта веруют).
можно еще добавть -- очень осторожно -- что православные веруют в языческих богов как в неполную и искаженную истину, т.е. частичную правду. об этом ап. Павел, когда он решил перетолковать в христианском смысле афинский алтарь "неведомому богу" или, напр., египетский старец (Макарий, если не ошибаюсь), который обратил языческого жреца, начав хвалить его религию. еще больше примеров -- в 19-20 вв.
но вот чего хочу сказать: что лично я отчасти верю в языческих богов и как в силы природы. примерно так же, как я верю в законы физики, т.к. они не очень различаются. в последнее время я стал остро это чувствовать, занимаясь вавилонской астрономией, где боги гораздо больше, чем в Греции, похожи на законы естественных наук (поэтому можно сказать, что в месопотамский пантеон я верю куда больше, чем в греко-римский). но по сути эта мысль не моя, а моего любимого философа Куайна:
Как эмпирик, я продолжаю считать концептуальную схему науки инструментом для предсказания будущего опыта в свете прошлого опыта. Физические объекты концептуально вводятся в ситуацию как удобные посредники, причем не путем их объяснения в терминах опыта, но просто как несводимые постулируемые сущности (posits), эпистемологически сопоставимые с богами Гомера. Что касается меня, то я, как правоверный физик, верю в физические объекты, а не в гомеровских богов, поскольку было бы научной ошибкой думать иначе. Но с точки зрения эпистемологии физические объекты и боги Гомера отличаются только по степени, а не в принципе. Оба типа сущностей входят в наше познание только как культурные постулируемые сущности. Миф о физических объектах эпистемологически превосходит большинство других мифов в том отношении, что он оказался более эффективным, чем другие мифы, в качестве устройства для выработки поддающейся управлению структуры потока опыта.
вот и у меня такое же научное мифологическое мировоззрение. если бы Куайн изучал раннюю историю естествознания, он бы тут тоже упомянул о богах Месопотамии, а не Греции.
So next time someone tells me they believe in God, I’ll say “Oh which one? Zeus? Hades? Jupiter? Mars? Odin? Thor? Krishna? Vishnu? Ra?…” If they say “Just God. I only believe in the one God,” I’ll point out that they are nearly as atheistic as me. I don’t believe in 2,870 gods, and they don’t believe in 2,869.
православный человек должен сказать, что он, конечно, по-разному с атеистом "не верует" в языческих богов: яко вси бози язык суть бесове, -- утверждает псалмопевец, но вряд ли с ним согласится атеист (т.к. он, вроде бы, в бесов веровать не должен; хотя Достоевский отмечал, что есть такие, которые в Бога не веруют, а в черта веруют).
можно еще добавть -- очень осторожно -- что православные веруют в языческих богов как в неполную и искаженную истину, т.е. частичную правду. об этом ап. Павел, когда он решил перетолковать в христианском смысле афинский алтарь "неведомому богу" или, напр., египетский старец (Макарий, если не ошибаюсь), который обратил языческого жреца, начав хвалить его религию. еще больше примеров -- в 19-20 вв.
но вот чего хочу сказать: что лично я отчасти верю в языческих богов и как в силы природы. примерно так же, как я верю в законы физики, т.к. они не очень различаются. в последнее время я стал остро это чувствовать, занимаясь вавилонской астрономией, где боги гораздо больше, чем в Греции, похожи на законы естественных наук (поэтому можно сказать, что в месопотамский пантеон я верю куда больше, чем в греко-римский). но по сути эта мысль не моя, а моего любимого философа Куайна:
Как эмпирик, я продолжаю считать концептуальную схему науки инструментом для предсказания будущего опыта в свете прошлого опыта. Физические объекты концептуально вводятся в ситуацию как удобные посредники, причем не путем их объяснения в терминах опыта, но просто как несводимые постулируемые сущности (posits), эпистемологически сопоставимые с богами Гомера. Что касается меня, то я, как правоверный физик, верю в физические объекты, а не в гомеровских богов, поскольку было бы научной ошибкой думать иначе. Но с точки зрения эпистемологии физические объекты и боги Гомера отличаются только по степени, а не в принципе. Оба типа сущностей входят в наше познание только как культурные постулируемые сущности. Миф о физических объектах эпистемологически превосходит большинство других мифов в том отношении, что он оказался более эффективным, чем другие мифы, в качестве устройства для выработки поддающейся управлению структуры потока опыта.
вот и у меня такое же научное мифологическое мировоззрение. если бы Куайн изучал раннюю историю естествознания, он бы тут тоже упомянул о богах Месопотамии, а не Греции.
