9. О божественной референции (3): Дионисий Ареопагит в споре о жестких десигнаторах
Понятие «божественного имени» традиционно — как во времена Дионисия Ареопагита (5 век), так и прежде и после, — связывается с представлениями о неких «именах Бога», обладающих магическим действием. Иудейские и христианские магические папирусы просто пестрят ими, как, впрочем, и аналогичные тексты, создававшиеся в контексте других религиозных традиций античности. Речь идет об особых словах, именах, использование которых способно производить непосредственный эффект. Эти имена гарантированно относятся к именуемому. Что-то это напоминает из нынешней аналитической философии. И даже не «что-то», а вполне конкретно: теорию «жестких десигнаторов» Сола Крипке.( Read more... )
Понятие «божественного имени» традиционно — как во времена Дионисия Ареопагита (5 век), так и прежде и после, — связывается с представлениями о неких «именах Бога», обладающих магическим действием. Иудейские и христианские магические папирусы просто пестрят ими, как, впрочем, и аналогичные тексты, создававшиеся в контексте других религиозных традиций античности. Речь идет об особых словах, именах, использование которых способно производить непосредственный эффект. Эти имена гарантированно относятся к именуемому. Что-то это напоминает из нынешней аналитической философии. И даже не «что-то», а вполне конкретно: теорию «жестких десигнаторов» Сола Крипке.( Read more... )