hgr | Достоевский

в одной интересной дискуссии меня поставили в тупик:

Читал его статью о Достоевском и не считаю ее серьезной. В ней есть анализ черновиков, высказываний писателя, но нет анализа произведений. Это делать Лурье попросту не умеет. Поэтому и вывод: между Достоевским и Православием осталась перегородка, - не представляется мне убедительным. (выделено в тексте мной).

что анализа произведений у меня нет -- это правда. когда я задумывал статью, то я хотел ее строить именно на анализе произведений. но до сих пор помню свое ощущение недоумения, когда выяснялось, что мой метод вообще не позволяет увидеть произведение как реальность: виден только один бесконечно меняющийся черновик одного Произведения.

т.е. правильнее было меня упрекнуть в том, что я произведения ФМД не просто не анализировал, а даже не смог установить их наличия.

почему мой метод плох для литературоведения, это ясно. но литературоведение и не занимается историей идей как таковых. оно занимается только историей их литературных воплощений. а я занимался историей идей, используя их литературные воплощения как источники (аналогично тому, как историк пользуется данными археологии; археологу историка никогда не понять, даже после большого количества совместного распития).

но вот что меня поразило: автор приведенной цитаты думает, что возможен вывод об отношении ФМД к православию на основе анализа именно романов. причем, очевидно, что имеется в виду именно литературоведческий анализ, а не мое патологоанатомическое вскрытие.

в таком предположении имеется импликация: литературоведческий анализ позволяет сделать выводы в каком-то формате, общем с форматом православия.

ведь сопоставлять можно только то, что сопоставимо, один и тот же формат данных. когда анализируешь идеи, то тогда их легко сопоставлять с другими идеями. я пошел именно таким путем, но этот путь не литературоведческий: ведь идеи не живут в формате литературных произведений, а они лишь порождают литературные произведения. поэтому для их анализа равноправны все источники: произведения, черновики, личная переписка автора и тп.

но на чем основана вера некоторых литературоведов в то, что анализ самих произведений, а не идей из их бэкграунда, может дать сопоставимые данные с каким-либо религиозным учением?