индивидуализация
Nov. 24th, 2018 05:41 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
hgrотносился к Витгенштейну с предубеждением, а вот поди ж ты.
вот эта мысль обычно читается в рамках позитивизма, как будто это мысль, скажем так, условного Рассела:
как будто бы и Витгенштейн входит в ту компанию, в которой человек редуцируется к тому, из чего он состоит (ср. здесь ). При этом совершенно выбрасывается то, что там сказано дальше:
т.е. субъект -- это такая граница, которая не существует в том смысле, в каком существует мир, но присутствует.
Во времена Витгенштейна это было никак не описать в строгих терминах, но сегодня это сделать легко: это граница при паракомплектной топологической сепарации, т.е. граница для такой топологии, где обе пограничных области открытые. это соответствует контрарной оппозиции и, в модальной логике, границе между двумя необходимостями -- как, напр., "все Х" и "никакие Х".
в классической логике для границы будет запрет конъюнкции отрицаний: не-Х и не-не-Х, т.е. tertium non datur. если это нарушить, то получим кошку Шредингера (т.е. квантовую суперпозицию) или, скажем, "настоящее" как границу между "прошлым" и "будущим".
субъект как граница -- это ровно то же самое. Витгенштейн пишет, что это граница "мира", но чуть выше он отождествил этот "мир" с собой:
это эквивалентно тому, чтобы сказать, что субъект -- это граница между его же собственным внешним и внутренним. эта граница неуловима, как хорошо показывает и наша аскетико-антропологическая литература (особенно именно восточная, а не западная).
т.к. для Витгенштейна понятие существования консистентно, а мир существует (с этого начинается Трактат), то он должен сказать, что если существует мир, то познающий субъект не существует. но все равно приходится говорить о границе, хотя она (в этом смысле) не существует.
мой любимый EJ Lowe и антикритериалисты пришли к этой мысли, не имея возможности ее эксплицировать, а не только обозначить: индивидуальность не имеет вообще никаких критериев, она "проста" и изначальна. это правильно. нет никакого "следовательно" в cogito ergo sum, тк. sum -- это первоначальная интуиция, из которой всё и следует.
о личности как паракомплектном объекте, аналогичном кошке Шредингера, впервые написал Григорий Богослов (слово 29), развивая для этого парадокс of Coming-to-Being (не знаю, как принято называть по-русски) -- разновидность парадокса кучи, т.е. опираясь на неустранимую нечеткость критериев идентичности во времени за время существования человека. причем, ГрБ очень четко провел параллель между этим парадоксом и парадоксом лжеца (автореференция), где первому поставил в соответствие контрарное, а второму субконтрарное противоречие.
аналогичный Coming-to-Being, но синхронный вариант парадокса кучи применительно к демонстрации неконсистентности человеческого бытия представил P.Unger, 1979, ‘I do not Exist’, in Perception and Identity, G. F. MacDonald (ed.), London: Macmillan. Автор считает, что он, как это ни неприятно, доказал более радикальный тезис, нежели Беркли, а именно, что не существует не только внешнего мира, но и его самого. он просил опровергнуть, но с тех пор так и не опровергли. на самом деле автор просто доказывает неконсистентность бытия всех объектов; если исходить из предположения, что бытие консистентно, то это означает небытие (всех объектов), но, скорее, это надо понимать как доведение до абсурда позитивистского мифа о консистентности бытия.
возвращаясь к субъекту как границе между двумя необходимо-сущими, как tertium, которое datur: это означает, что, в принципе, все мы являемся не-индивидуалами -- в том смысле, в каком да Коста и Краузе сформулировали это понятие для квантовых объектов. т.е. мы все -- как рубли на банковском счете или в 1000-рублевой купюре. только там случаи более чистые, когда даже приблизительной индивидуализации предложить нельзя, а в макромире она работает. но не всегда и не во всем, и нельзя забывать, что это приближение.
-----------
а вот если бы вместо контрарного противоречия было субконтрарное, и вместо паракомплектной логики мы имели бы параконсистентную, то граница бы дублировалась (как бы): она бы принадлежала каждой из взаимоисключающих сторон. этот эффект мы получили и в халкидонитской христологии (когда дошло до степени подробности Феодора Студита), и в триадологии (эксплицитно у иером. Иерофея и Иосифа Вриенния. -- о том и другом см. мои статьи.
вот эта мысль обычно читается в рамках позитивизма, как будто это мысль, скажем так, условного Рассела:
| 5.631 | Das denkende, vorstellende, Subjekt gibt es nicht. |
как будто бы и Витгенштейн входит в ту компанию, в которой человек редуцируется к тому, из чего он состоит (ср. здесь ). При этом совершенно выбрасывается то, что там сказано дальше:
| 5.632 | Das Subjekt gehört nicht zur Welt, sondern es ist eine Grenze der Welt. |
т.е. субъект -- это такая граница, которая не существует в том смысле, в каком существует мир, но присутствует.
Во времена Витгенштейна это было никак не описать в строгих терминах, но сегодня это сделать легко: это граница при паракомплектной топологической сепарации, т.е. граница для такой топологии, где обе пограничных области открытые. это соответствует контрарной оппозиции и, в модальной логике, границе между двумя необходимостями -- как, напр., "все Х" и "никакие Х".
в классической логике для границы будет запрет конъюнкции отрицаний: не-Х и не-не-Х, т.е. tertium non datur. если это нарушить, то получим кошку Шредингера (т.е. квантовую суперпозицию) или, скажем, "настоящее" как границу между "прошлым" и "будущим".
субъект как граница -- это ровно то же самое. Витгенштейн пишет, что это граница "мира", но чуть выше он отождествил этот "мир" с собой:
| 5.63 | Ich bin meine Welt. (Der Mikrokosmos.) |
это эквивалентно тому, чтобы сказать, что субъект -- это граница между его же собственным внешним и внутренним. эта граница неуловима, как хорошо показывает и наша аскетико-антропологическая литература (особенно именно восточная, а не западная).
т.к. для Витгенштейна понятие существования консистентно, а мир существует (с этого начинается Трактат), то он должен сказать, что если существует мир, то познающий субъект не существует. но все равно приходится говорить о границе, хотя она (в этом смысле) не существует.
мой любимый EJ Lowe и антикритериалисты пришли к этой мысли, не имея возможности ее эксплицировать, а не только обозначить: индивидуальность не имеет вообще никаких критериев, она "проста" и изначальна. это правильно. нет никакого "следовательно" в cogito ergo sum, тк. sum -- это первоначальная интуиция, из которой всё и следует.
о личности как паракомплектном объекте, аналогичном кошке Шредингера, впервые написал Григорий Богослов (слово 29), развивая для этого парадокс of Coming-to-Being (не знаю, как принято называть по-русски) -- разновидность парадокса кучи, т.е. опираясь на неустранимую нечеткость критериев идентичности во времени за время существования человека. причем, ГрБ очень четко провел параллель между этим парадоксом и парадоксом лжеца (автореференция), где первому поставил в соответствие контрарное, а второму субконтрарное противоречие.
аналогичный Coming-to-Being, но синхронный вариант парадокса кучи применительно к демонстрации неконсистентности человеческого бытия представил P.Unger, 1979, ‘I do not Exist’, in Perception and Identity, G. F. MacDonald (ed.), London: Macmillan. Автор считает, что он, как это ни неприятно, доказал более радикальный тезис, нежели Беркли, а именно, что не существует не только внешнего мира, но и его самого. он просил опровергнуть, но с тех пор так и не опровергли. на самом деле автор просто доказывает неконсистентность бытия всех объектов; если исходить из предположения, что бытие консистентно, то это означает небытие (всех объектов), но, скорее, это надо понимать как доведение до абсурда позитивистского мифа о консистентности бытия.
возвращаясь к субъекту как границе между двумя необходимо-сущими, как tertium, которое datur: это означает, что, в принципе, все мы являемся не-индивидуалами -- в том смысле, в каком да Коста и Краузе сформулировали это понятие для квантовых объектов. т.е. мы все -- как рубли на банковском счете или в 1000-рублевой купюре. только там случаи более чистые, когда даже приблизительной индивидуализации предложить нельзя, а в макромире она работает. но не всегда и не во всем, и нельзя забывать, что это приближение.
-----------
а вот если бы вместо контрарного противоречия было субконтрарное, и вместо паракомплектной логики мы имели бы параконсистентную, то граница бы дублировалась (как бы): она бы принадлежала каждой из взаимоисключающих сторон. этот эффект мы получили и в халкидонитской христологии (когда дошло до степени подробности Феодора Студита), и в триадологии (эксплицитно у иером. Иерофея и Иосифа Вриенния. -- о том и другом см. мои статьи.
no subject
Date: 2018-11-25 07:19 pm (UTC)1. Приписывать Витгенштейну странный тезис, что "субъект -- это граница между его же собственным внешним и внутренним", значит интерпретировать его идеи _очень_ нестандартно. У меня мало сомнений, что Витгенштейн на самом деле говорит не о границе, а о пределе. Я есть мой мир, а чистый субъект остался бы, если бы исчезло все это "мировое" содержание. Но полностью убрать это содержание нельзя, поэтому субъект -- лишь предел (данное рассуждение, разумеется, предполагает перспективу первого лица).
2. Нехитрую аргументацию Унгера можно оспорить разными способами. Он, например, слишком поспешно отбрасывает принцип единства живых организмов в качестве условия, обеспечивающего границу между их существованием и несуществованием (см., напр., ван Инваген, Material Beings), когда говорит, что аппарат поддержания жизни нельзя считать заменой удаляемых элементов. Прочие неатомарные объекты можно "спасти", опираясь на те же самые теории размытости, которые позволяют разрешить парадокс сорит, -- неплохим вариантом является эпистемическая теория, совместимая с классической логикой (см. Вильямсон, Vagueness).
3. В общем случае, я не знаю ни одного убедительного философского примера истинного противоречия, примеры Приста мне кажутся малоубедительными. Даже если те богословские примеры, о которых вы говорите (и о которых я сам ничего не знаю), действительно предполагают противоречия, то чаша весов, на которой находится непротиворечивая логика, на мой взгляд, явно перевешивает чашу весов с противоречивым богословием.
С уважением, Сергей.
no subject
Date: 2018-11-25 08:31 pm (UTC)1. разумеется, я понимаю, что мое толкование -- новое (а иначе я бы либо не стал его писать, либо сослался на какого-нибудь толкователя). вопрос соответствия мысли Витгенштейна для меня десятый, но все же небезынтересный. Ваше толкование исходит из приоритета здравого смысла. мое толкование исходит из приоритета поэзии. Витгенштейн ценен как поэт в философии, поэтому поэта нельзя поправлять в ключевых словах, которые у него раньше дискурсивного объяснения. здесь как раз авторского дискурсивного объяснения (к слову "граница") не дается -- а я дал, исходя из того, что поэта, особенно гениального, нельзя поправлять в выборе слов (терминов, различие между которыми В-у было прекрасно известно).
2. принцип единства material beings -- ниоткуда не следует. можно его принять как аксиому, и тогда будет решение парадокса, но Унгер не хочет никаких левых аксиом. я бы сказал, что этот принцип просто постулирует наличие консистентности для тех случаев, когда нельзя ее обнаружить.
эпистемические теории объяснения нечеткости (vagueness), разумеется, находятся строго в классической логике, но в рассуждении Унгера предполагается полнота и достоверность знания. если пытаться использовать такие теории для возражения, то придется постулировать, что мы не видим консистентности только потому, что нам она не видна, тогда как она есть. -- это что-то вроде веры в бога, но очень низкокачественного.
3. не видите потому, что у Вас наготове альтернативные гипотезы. если попробовать взвешивать правдоподобия этих гипотез в сравнении с гипотезами о неконсистентности, то мы вряд ли получим убедительный перевес.
из имеющихся за последние 60 лет мозговых штурмов можно сказать, что только две альтернативы неконсистентности логически столь же убедительны: агностицизм (тотальный в этом вопросе; можете назвать это эпистемической теорией нечеткости) и модальный реализм в духе Дэвида Льюиса (к концу 80-х гг. завоевал симпатии большинства физиков, включая Фейнмана). думаю, из этих трех альтернатив никакая логика выбора нам не даст, т.к. такой выбор -- уже в области онтологии.