еще немного об о.Павле и церковной демократии

отец Глеб Якунин напомнил (мне) об одном фундаментальном противоречии в позиции о. Павла Адельгейма:"главный догмат о Церкви — это соборность, то есть церковная демократия." Это слова о.Глеба, но они передают любимую мысль о.Павла адекватно. и вот теперь вспомним, что о.Павел жил среди прихожан, большинство из которых хотело в церкви спокойной жизни; и это бы еще ничего, но сам о.Павел не представлял даже, что бывает (и должно быть!) иначе. а тогда противоречие: как можно давать право голоса, пусть даже очень слабого голоса, человеку, у которого приоритеты в спокойствии и т.п., т.е. как может быть церковная демократия с такими прихожанами, как у о. Павла? реальный ответ, который давал сам себе о.Павел, -- это не то, что он писал в своей публицистике, а то, что он написал о. Титову: "никак". правда, он сам не понимал, что он это написал. он-то написал другими словами: что прихода у него нет, все разбежались, когда начались "гонения" (хотя что это за гонения, если никого даже не посадили и не избили).

очевидно, что реально самоуправление возможно лишь там, где другой подбор прихожан: где прихожане -- люди мотивированные, которые приходят в церковь не отдыхать от трудной жизни, а как раз работать. только в рамки такой работы можно вписать другую работу -- по церковному самоуправлению.

поэтому идеи о. Павла о приходском самоуправлении -- пусть они даже более-менее хороши -- это такой раздел церковного домостроительного искусства, в который нужно заглядывать лишь тогда, когда полностью закончен нулевой цикл строительства, т.е. готов фундамент. фундамент -- это сами верующие. о.Павел этого не понимал и пытался строить приходы из неверующих, при этом понимая, что прихода-то у него и нет (хотя бывало у него, формально, и по четыре храма).

открытые храмы, в которые можно зайти с улицы, обязаны нести социальную функцию -- общедоступной психотерапии. нельзя от этого уходить, и мое разногласие с о. Павлом не в этом. оно в том, что нельзя таких жаждущих психологического утешения людей допускать до причастия и уж особенно нельзя им давать никакого права голоса в приходе. в делах приходского управления к ним не то чтобы надо было прислушиваться "в последнюю очередь", а к ним нельзя прислушиваться вообще и ни под каким видом.