hgr | приходская психиатрия: 1--3

в этой серии я, возможно, буду делать только серьезные зарисовки о приходской жизни как методике психотерапии -- в жанре клинических "виньеток" примерно.
ничего развлекательного здесь не будет.
прошу всех подряд не читать.
за оффтопы и глупости в комментах будет бан.

поддерживающая терапия при тяжелых формах шизофрении

1. больная N, 60+ лет, основной диагноз с молодости -- параноидная шизофрения; диагноз последних лет -- еще и болезнь Паркинсона.

5-7 лет назад (особенно с 2002 г.) -- усиление шизофрении: сокращение периодов ремиссий, нарушение мыслительных процессов даже в ремиссии, брутальность приступов, иногда с прямой опасностью для жизни, чуть позже -- развитие кататонии и персевераций. где-то в это же время был диагностирован Паркинсон. стали нарастать неврологические симптомы, ок. 2 лет назад больная слегла. лежит до сих пор, не имея возможности даже ходить по квартире.

мне известна более 10 лет. все это время никакого серьезного интереса к религии не проявляла. несколько раз за много лет причащалась под влиянем родственников (кажется, только будучи в размягченном состоянии после очередной госпитализации).

после того, как слегла, почему-то произошла удивительная перемена в сознании: шизофрении след простыл, больная стала очень разумной и серьезной, чего с ней не бывало даже в давние (но доступные моей памяти) времена. свалившие ее в постель неврологические изменения подействовали на шизофрению как крайне удачная шоковая терапия.

тут же сформировался серьезный интерес к религии. регулярно хожу к ней домой ее причащать (раз в неск. недель), так что могу наблюдать, что он и стабилен, и развивается.

вот тут и спросишь, чтО надо бывает человеку, чтобы стать нормальным (во всех смыслах слова)?..

2. больной В, 60+ лет, анамнез неизвестен, параноидная шизофрения (этот диагноз поставил я сам, но, как я догадываюсь по косвенным признакам, в дурке ставили то же самое), бред преследования, давно и прочно перешедший в бред величия. (может быть, важно отметить признаки относительного здоровья: нет никаких форм кататонии, нет склонности к персеверациям, речь несколько сбивчива, но, в общем, довольно нормальна).

Больной считает себя Сыном Божиим, громко заявлял об этом в храме всем подряд, начинал проповедовать и благословлять народ (самодельным деревянным крестом размером с крест напрестольный; он ходит с таким крестом поверх рубашки) прямо во время службы. во всех храмах, кроме нашего, такая его позиция не встречала понимания.

у нас никто не спорил, что он Сын Божий, относились приветливо, я очень приглашал его всегда заходить. он стал ходить регулярно и сокрушаться, что еще год назад не остался постоянным прихожанином (т.е. захожанином) нашего храма, а стал ходить в разные другие храмы. через некоторое время он спросил меня, а можно ли ему тоже исповедоваться (я совершенно не ожидал такого вопроса). я ему сказал, когда будет можно (это лучше, чем сразу же исповедовать: проверится и закрепится устойчивость интенции).

он пришел в назначенное время и исповедовался совершенно как здоровый. даже при своей обычной подозрительности на такие штуки, я бы ничего не заметил психотического в его исповеди, если бы не знал заранее. но, зная заранее, я заметил только самые отдаленные отзвуки его бредовых состояний.

видимо, он так был поглощен подготовкой к исповеди, что уже ничего не соображал про причастие и ушел до конца литургии. но в другой раз я ему напомнил, он все осознал и при ближайшем случае подошел к причастию.

что важно: из поведения исчезли все признаки шизофрении, не говоря о демонстративном поведении. давно уже стоит на службах тихо, не пытается никого благословлять, со мной говорит исключительно здраво, как совершенно здоровый человек. производит впечатление устойчивой ремиссии. во всяком случае, стало ясно, что все это демонстративное поведение, основанное на бреде величия, было защитной реакцией на ожидавшуюся агрессию (и, заодно, провокацией агрессивности по отношению к себе). убедившись, что агрессии не будет, больной как будто забыл весь свой бред. (но распрашивать его на темы бреда я все равно не решаюсь: не будИ лихо...).

терапевтическое воздействие церковной среды осуществилось само собой, без всякой специальной терапии (подчеркиваю, что я не пытался входить в его бред и рассуждать, исходя из соответствующей картины мира). нужно было только не отвечать на агрессию больного (агрессивный бред) агрессией.

3. больной Х, 40+ лет, кататоническая шизофрения (диагноз мой, так сказать, "предварительный": на основе наличия ярко выраженных кататонических признаков и диагностически важного в данном случае наличия эпизодов агрессивного поведения), анамнез неизвестен.

появился около полутора лет назад с ярко выраженной кататонией (восковая гибкость) и персеверациями (особенно любил многократно налагать на себя крестное знамение -- и это всё характерными замедленными "восковыми" движениями). через некоторое время исчез и еще через несколько недель появился опять, уже без выраженных признаков кататонии, но с выраженной агрессивностью. нетерпимо относился к замечаниям, говорил какие-то глупости, мешал, ругался прямо во время службы, а один раз пришлось даже насильно вывести из храма (спасибо

misaile :-) . появился еще через несколько недель тихим и спокойным и вот уже более полугода продолжает так ходить. признаков кататонии не видно (правда, я бы заподозрил микрокататонию в несколько застывающем выражении лица). не говорит ни с кем вообще, совершенно закрыт. впрочем, выстаивает достаточно длинные куски служб и ведет себя тихо.

подозреваю, что в перерывах между периодами регулярного посещения храма могла быть госпитализация.

нынешнее состояние больного, по-видимому, далеко от ремиссии. но, кажется, церковь облегчает его состояние и действует стабилизирующе.