![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
hgrнесмотря на то, что у нас "отступающая", а не какая-либо другая армия.
один из наших наиболее достойных оппонентов в экуменическом стане, Олег Трофименко![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
ortolog написал по поводу признания экуменических церквей "мирового православия" в традиционной РПЦЗ:
То, что это понимание вдруг стало претыкаться об искусственные идеологические выкладки "матфеевцев" в среде неофитов постсоветского времени и в частности через через г.Мосса и г.Лурье в 90-е годы и за десять лет это новоявленное понятие вдруг стало чуть ли не общим исповеданием всех так наз.ИПЦ, является совершенным новшеством и никогда не являлось это исповеданием РПЦЗ. Никогда.
про исповедание РПЦЗ -- совершенно верно. (называть г.Мосса "неофитом постсоветского времени" неверно, т.к. он уже в 1970-е годы был в РПЦЗ; меня можно и называть: в советское время я был только в МП).
а вот почему повод для оптимизма: действительно, всего 10 лет -- а дискурс изменился радикально. нужна была идеология и средства ее доставки, главным из которых стал Вертоградъ Александра Солдатова.
конечно, на самом-то деле идеология начиналась с Александра Каломироса в 1963 году, а затем продолжалась в Бостоне и в Париже -- в рамках РПЦЗ, но внутри автономных анклавов в виде Бостонского Преображенского монастыря и Французской миссии о.Амвросия Фонтрие. мы с Владимиром Моссом ничего особенного относительно экуменизма не придумывали, а, в основном, пользовались готовым. но для членов РПЦЗ это готовое было чем-то малодоступным из-за абсолютно чуждого дискурса: на страницах The Orthodox Witness и Lumière de Thabor не бывало развесистой клюквы про "Святую Русь" и "Православную Грусть", и вообще эти издания задавали другой темп мышления, т.к. их страницы не слипались от засахарившегося на них православного варенья. а для кого-то более информированного в РПЦЗ всякий "Бостон" был "большой херем", сиречь нечто абсолютно и заведомо некошерное.
Бостонский и французский анклавы были в состоянии нестабильного равновесия с окружавшей их в РПЦЗ средой и, в конце концов, когда они лишились покровительства м.Филарета (вследствие его кончины), были немедленно выпихнуты из РПЦЗ (соответственно, в 1986 и 1987). РПЦЗ сохраняла монолитность "церкви русского народа", которой совершенно наплевать на догматику -- кроме тех случаев, когда догматика позволяет еще каким-нибудь особенным способом обругать "красную церковь" в СССР.
но экспансия РПЦЗ в Россию в 1990 году эту (и вообще всякую) монолитность в ней нарушила. начальство РПЦЗ решением об открытии российских приходов поддалось на -- как я думаю, сознательную -- провокацию со стороны вл. Граббе: он сыграл на их бесконечных амбициях (амбициях старой эмиграции по отношению к "советским", помноженным на амбиции специфически церковные: там была совершенно гремучая смесь, т.е. нечто близкое к коллективному маникалу, который увлек в том числе и либеральное крыло Антония Женевского и Ко.), чтобы они ввязались в российские дела, завязли в них, а через это постепенно были бы отстранены от управления и заменены реальным центром в России. лично для себя я уверен, что Граббе уже в 1990 году рассчитывал именно на это. собор РПЦЗ 1990 года был прекрасно разыгранной манипуляцией -- в лучшем церковно-политическом смысле слова.
после вторжения в Россию и быстрого (и абсолютно неизбежного) провала блицкрига против МП РПЦЗ оказалась, наконец, открыта к внешним воздействиям и к инкорпорации в чужие церковно-политические проекты.
первым делом, конечно, ее использовали для закрепления церковной недвижимости за не-МП в России: так появился "Суздаль". и правильно. тут нельзя было терять времени.
но затем, по следам "крепких хозяйственников", пришло время идеологов (без которых, между прочим, и "хозяйство" не устоит).
наши действительные успехи за 10 лет объясняются только одним: эта идеология была востребованной. мы формулировали именно то, что очень многие чувствовали, но не умели выразить или даже самим себе признаться в таких чувствах. это впервые нам показали экспериментальные (в этом смысле) публикации Вертограда 1998 года о вл. Аверкии (одна публикация писем к нему м.Филарета по поводу допущенного им служения монофизитов в Джорданвиле разрушила в глазах многих не только его личный церковный авторетет, но, главное, саму эту его идеологию национально-патриотического консерватизма, подменяющего каноны и догматику) и о сослужениях с сербами (тут мы сознательно дали первый и безобидный, но уже вполне канонический критерий, позволивший заинтересованным читателям сравнивать фактическое поведение их архиереев с их антиэкуменическими декларациями, которые тогда еще продолжались).
почему это внушает мне оптимизм: когда мы находимся в гуще событий и видим крупно каждую мелкую деталь, то нам кажется, что все плохо. что нет на свете православных христиан, а есть только ко всему (догматическому и каноническому) равнодушное стадо. мы знаем по догматике, что это на самом деле не так, но трудно себя в этом убедить.
но вот прием, который немножко помогает себя в этом убедить: смотреть, какие перемены удаются за относительно короткое время. какой тупой и беспросветной (в догматико-каноническом смысле) выглядела РПЦЗ в 1997 году -- и как теперь уже даже Володя Капустинvvkap уверенно рассуждает в дискурсе ИПЦ ! )))
все-таки православие кому-то нужно, и даже не только шизофреникам. вот это и есть, может быть, единственное чудо веры, которое совсем уже непостижное уму.
один из наших наиболее достойных оппонентов в экуменическом стане, Олег Трофименко
ortolog написал по поводу признания экуменических церквей "мирового православия" в традиционной РПЦЗ:То, что это понимание вдруг стало претыкаться об искусственные идеологические выкладки "матфеевцев" в среде неофитов постсоветского времени и в частности через через г.Мосса и г.Лурье в 90-е годы и за десять лет это новоявленное понятие вдруг стало чуть ли не общим исповеданием всех так наз.ИПЦ, является совершенным новшеством и никогда не являлось это исповеданием РПЦЗ. Никогда.
про исповедание РПЦЗ -- совершенно верно. (называть г.Мосса "неофитом постсоветского времени" неверно, т.к. он уже в 1970-е годы был в РПЦЗ; меня можно и называть: в советское время я был только в МП).
а вот почему повод для оптимизма: действительно, всего 10 лет -- а дискурс изменился радикально. нужна была идеология и средства ее доставки, главным из которых стал Вертоградъ Александра Солдатова.
конечно, на самом-то деле идеология начиналась с Александра Каломироса в 1963 году, а затем продолжалась в Бостоне и в Париже -- в рамках РПЦЗ, но внутри автономных анклавов в виде Бостонского Преображенского монастыря и Французской миссии о.Амвросия Фонтрие. мы с Владимиром Моссом ничего особенного относительно экуменизма не придумывали, а, в основном, пользовались готовым. но для членов РПЦЗ это готовое было чем-то малодоступным из-за абсолютно чуждого дискурса: на страницах The Orthodox Witness и Lumière de Thabor не бывало развесистой клюквы про "Святую Русь" и "Православную Грусть", и вообще эти издания задавали другой темп мышления, т.к. их страницы не слипались от засахарившегося на них православного варенья. а для кого-то более информированного в РПЦЗ всякий "Бостон" был "большой херем", сиречь нечто абсолютно и заведомо некошерное.
Бостонский и французский анклавы были в состоянии нестабильного равновесия с окружавшей их в РПЦЗ средой и, в конце концов, когда они лишились покровительства м.Филарета (вследствие его кончины), были немедленно выпихнуты из РПЦЗ (соответственно, в 1986 и 1987). РПЦЗ сохраняла монолитность "церкви русского народа", которой совершенно наплевать на догматику -- кроме тех случаев, когда догматика позволяет еще каким-нибудь особенным способом обругать "красную церковь" в СССР.
но экспансия РПЦЗ в Россию в 1990 году эту (и вообще всякую) монолитность в ней нарушила. начальство РПЦЗ решением об открытии российских приходов поддалось на -- как я думаю, сознательную -- провокацию со стороны вл. Граббе: он сыграл на их бесконечных амбициях (амбициях старой эмиграции по отношению к "советским", помноженным на амбиции специфически церковные: там была совершенно гремучая смесь, т.е. нечто близкое к коллективному маникалу, который увлек в том числе и либеральное крыло Антония Женевского и Ко.), чтобы они ввязались в российские дела, завязли в них, а через это постепенно были бы отстранены от управления и заменены реальным центром в России. лично для себя я уверен, что Граббе уже в 1990 году рассчитывал именно на это. собор РПЦЗ 1990 года был прекрасно разыгранной манипуляцией -- в лучшем церковно-политическом смысле слова.
после вторжения в Россию и быстрого (и абсолютно неизбежного) провала блицкрига против МП РПЦЗ оказалась, наконец, открыта к внешним воздействиям и к инкорпорации в чужие церковно-политические проекты.
первым делом, конечно, ее использовали для закрепления церковной недвижимости за не-МП в России: так появился "Суздаль". и правильно. тут нельзя было терять времени.
но затем, по следам "крепких хозяйственников", пришло время идеологов (без которых, между прочим, и "хозяйство" не устоит).
наши действительные успехи за 10 лет объясняются только одним: эта идеология была востребованной. мы формулировали именно то, что очень многие чувствовали, но не умели выразить или даже самим себе признаться в таких чувствах. это впервые нам показали экспериментальные (в этом смысле) публикации Вертограда 1998 года о вл. Аверкии (одна публикация писем к нему м.Филарета по поводу допущенного им служения монофизитов в Джорданвиле разрушила в глазах многих не только его личный церковный авторетет, но, главное, саму эту его идеологию национально-патриотического консерватизма, подменяющего каноны и догматику) и о сослужениях с сербами (тут мы сознательно дали первый и безобидный, но уже вполне канонический критерий, позволивший заинтересованным читателям сравнивать фактическое поведение их архиереев с их антиэкуменическими декларациями, которые тогда еще продолжались).
почему это внушает мне оптимизм: когда мы находимся в гуще событий и видим крупно каждую мелкую деталь, то нам кажется, что все плохо. что нет на свете православных христиан, а есть только ко всему (догматическому и каноническому) равнодушное стадо. мы знаем по догматике, что это на самом деле не так, но трудно себя в этом убедить.
но вот прием, который немножко помогает себя в этом убедить: смотреть, какие перемены удаются за относительно короткое время. какой тупой и беспросветной (в догматико-каноническом смысле) выглядела РПЦЗ в 1997 году -- и как теперь уже даже Володя Капустин
vvkap уверенно рассуждает в дискурсе ИПЦ ! )))все-таки православие кому-то нужно, и даже не только шизофреникам. вот это и есть, может быть, единственное чудо веры, которое совсем уже непостижное уму.
