о церковной науке -- 2
Jan. 25th, 2008 03:30 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
hgrначало здесь.
с католическим монашеством в науке я соприкоснулся мгновенно, а понял это только через несколько лет.
первым годом моих научных занятий (а не просто чтения книг "для себя" с деланием выписок) был 1983. мне было сначала 20, потом 21.
занимался я, разумеется, византийским исихазмом, строго в фарватере Мейендорфа (и Прохорова). поэтому я встречал постоянные ссылки на о. Жюжи (Martin Jugie, AA) как на воплощенную неправду католической науки. -- тогда, да и потом еще несколько лет, до конца 80-х, я был слишком мал, чтобы самостоятельно оценить, какой это был великий ученый, а поэтому он меня только раздражал, хотя почитывать его приходилось все время. но задним числом вижу, что для меня это был первый пример монашеской мотивации к занятию наукой: помимо партийно-католического интереса, Жюжи отличался от Мейендорфа принципиально другим объемом научных занятий и знаний. и тогда уже мне интуитивно становилось ясно, что он экономил время на том, чтобы "просто жить": ему не надо было тратить время с семьей на даче, да и не на даче, и, главное -- это важнее чем просто экономия времени -- у него не было душевного интереса к "простому человеческому счастью". а у Мейендорфа был, и очень заметный. но пока что психологически мне был ближе Жюжи, но идеологически всё заслонял Мейендорф.
(чтобы покончить с Жюжи: его прямое влияние настигло меня в зрелом возрасте, когда пришлось унаследовать от М. ван Эсбрука темы раннего почитания Богородицы: МвЭ тут был наследником -- до сих пор здравствующего -- Антуана Ванже, а Ванже был тоже ассомционистом и учеником Жюжи).
в том же 1983 я познакомился -- сразу и лично, и научно -- с МвЭ, первым живым иезуитом в моей жизни. тогда я только смутно чувствовал, что что-то тут сильно зацепило, но попытки рационализации были слишком слабые: я еще далеко не дорос не только до заниятий агиографией, но даже до хоть каких-то занятий негреческим востоком. влияние МвЭ вырвалось наружу только в 1989, когда я сдался перед совершенно распиравшим меня изнутри иррациональным желанием учить восточные языки и начитывать литературу про негреческий восток.
но уже тогда мне совершенно вскружил голову (скажем так) Ириней Осэр -- Irénée Hausherr. как-то легко понималось, что разные наши душевно-телесные способы молитвы не будут близки его католической душе, но в целом именно у него, а не у наших парижан (и, тем паче, не у джорданвильцев) я впервые увидел серьезное практическое (а не только научное) отношение к изучаемым святым отцам и аскетическим творениям. тогда мне казалось, что он без 5 минут православный (но это я просто еще сам был экуменистом). теперь я бы сказал иначе: от православия он был далек и даже весьма далек. он не просто не был в общении с православной церковью, но он, разумеется, был воспитан в иезуитской аскетике Игнатия Лойолы, которую он каким-то им самим изобретенным способом (об этом у него есть статьи) научился сочетать с Иисусовой молитвой и аскетикой по Евагрию. но для меня как читателя было важнее не это. было важно, что он читал сам и учил читать других аскетические тексты (1) всерьез и (2) с пониманием.
(1) под "всерьез" я тут имею в виду как раз то, чего так не хватало у православных парижан: с готовностью всё применить на практике и, соответственно, и на самом деле все применяя на практике. (да, православного подвижника из него не получилось, но он не только мне, а сотням или тысячам православных помог приблизиться к православию. в числе таких, между прочим, Жан-Клод Ларше -- бывший иезуит, а ныне православный мирянин и патролог-богослов в юрисдикции Сербской патриархии, писаниями коего о св. Максиме исполнена вселенная).
(2) под "c пониманием" я тут имею в виду то, чего не хватало всяким "джорданвильцам": то есть просто понимания буквального смысла того, что написано в тексте. это задача, которая требует трудов и образования. иначе нужно просто следовать за наличным в среде твоего обитания преданием, а оно не всегда заслуживает доверия. для "Джорданвиля" это была дореволюционная церковь, которая, как известно, не знала паламизма (и, хуже того...), да и вообще не заслуживала никакого доверия как аскетическая традиция (о чем предупреждал Игнатий Брянчанинов). верить русским дореволюционным писателям вроде сентиментально-пиетического Феофана Затворника было невозможно. поэтому самым естественным было пойти по стопам Никодима Святогорца и Паисия Величковского (которые тоже не видели вокруг себя заслуживающего доверия живого аскетического предания) -- то есть поучиться специальным наукам, чтобы сделались доступными настоящие святоотеческие книги; при этом, руководствуясь примером того же Никодима, отнюдь не гнушаясь ученостью католиков. (вот здесь рано обозначившееся одно из различий с о.Серафимом Роузом: он почитал Помазанского и отвергал Мейендорфа, а я так и не смог заставить себя читать Помазанского, а Мейендорфа наоборот).
для "переоткрытия" в 20 в. православной аскетики Осэр значил примерно то же, что в 17 в. Комбефис для "переоткрытия" св. Максима. это не мое мнение, а просто факт из истории науки. но это также и факт из моей личной истории, т.е. биографии.
сейчас я об этом так много вспоминаю потому, что пришлось заново обращаться к книге Осэра о Симеоне Новом Богослове (он издал его Житие, написанное Никитой Стифатом, предпослав такое введение, которое поныне -- с 1928 г. -- остается последним словом науки по очень многим вопросам; Симеон НБ стал очень модной темой для патрологов в последние 30-40 лет, но, в основном, о нем пишут в жанре художественного свиста, очень редко замечая что-то такое, чего раньше действительно никто не видел).
разумеется, я постарался прочитать все его научные книги, но вскоре мне попались и ненаучные. в 1984 г. Светка меня познакомила в Одессе с Галиной Николаевной -- той самой старушкой-репатрианткой, которая дружила с отцом м.Антония Блюма, а потом и с ним самим (вот, кстати, узнать бы о ее судьбе; для меня ее следы теряются где-то на рубеже 90-х; она приехала в Одессу в 1956 и всю жизнь преподавала франц. яз. в светских ВУЗах и в семинарии). она мне дала 4 маленьких книжечки "реколлекций" Осэра, которые он регулярно проводил в каком-то женском монастыре. суть его проповеди перед католическими монахинями она излагала так: бросайте всю эту вашу эмоциональную экзальтацию, а учитесь у греческих отцов! -- оказалось, вопщем, что Г.Н. большая поклонница Осэра, но ничего не знала о том, что он еще и такой великий ученый. разумеется, в восприятии Г.Н. Осэр был 100%-ным православным. с позиций строгого антиэкуменизма на это, разумеется, можно было бы возразить, но, глядя на реальное положение дел, еще вопрос, нужно ли возражать: его аскетические книги уж, всяко, не менее православные, чем Феофан Затворник, не говоря уж о чтиве наподобие Нилуса.
в 1988 я спрашивал у о.Арранца, как там в Риме о.Осэр, на что он мне сказал (буквально) "Отец Ириней Осэр уже давно умер!". потом я узнал, что не так уж и давно: всего в 1978.
с католическим монашеством в науке я соприкоснулся мгновенно, а понял это только через несколько лет.
первым годом моих научных занятий (а не просто чтения книг "для себя" с деланием выписок) был 1983. мне было сначала 20, потом 21.
занимался я, разумеется, византийским исихазмом, строго в фарватере Мейендорфа (и Прохорова). поэтому я встречал постоянные ссылки на о. Жюжи (Martin Jugie, AA) как на воплощенную неправду католической науки. -- тогда, да и потом еще несколько лет, до конца 80-х, я был слишком мал, чтобы самостоятельно оценить, какой это был великий ученый, а поэтому он меня только раздражал, хотя почитывать его приходилось все время. но задним числом вижу, что для меня это был первый пример монашеской мотивации к занятию наукой: помимо партийно-католического интереса, Жюжи отличался от Мейендорфа принципиально другим объемом научных занятий и знаний. и тогда уже мне интуитивно становилось ясно, что он экономил время на том, чтобы "просто жить": ему не надо было тратить время с семьей на даче, да и не на даче, и, главное -- это важнее чем просто экономия времени -- у него не было душевного интереса к "простому человеческому счастью". а у Мейендорфа был, и очень заметный. но пока что психологически мне был ближе Жюжи, но идеологически всё заслонял Мейендорф.
(чтобы покончить с Жюжи: его прямое влияние настигло меня в зрелом возрасте, когда пришлось унаследовать от М. ван Эсбрука темы раннего почитания Богородицы: МвЭ тут был наследником -- до сих пор здравствующего -- Антуана Ванже, а Ванже был тоже ассомционистом и учеником Жюжи).
в том же 1983 я познакомился -- сразу и лично, и научно -- с МвЭ, первым живым иезуитом в моей жизни. тогда я только смутно чувствовал, что что-то тут сильно зацепило, но попытки рационализации были слишком слабые: я еще далеко не дорос не только до заниятий агиографией, но даже до хоть каких-то занятий негреческим востоком. влияние МвЭ вырвалось наружу только в 1989, когда я сдался перед совершенно распиравшим меня изнутри иррациональным желанием учить восточные языки и начитывать литературу про негреческий восток.
но уже тогда мне совершенно вскружил голову (скажем так) Ириней Осэр -- Irénée Hausherr. как-то легко понималось, что разные наши душевно-телесные способы молитвы не будут близки его католической душе, но в целом именно у него, а не у наших парижан (и, тем паче, не у джорданвильцев) я впервые увидел серьезное практическое (а не только научное) отношение к изучаемым святым отцам и аскетическим творениям. тогда мне казалось, что он без 5 минут православный (но это я просто еще сам был экуменистом). теперь я бы сказал иначе: от православия он был далек и даже весьма далек. он не просто не был в общении с православной церковью, но он, разумеется, был воспитан в иезуитской аскетике Игнатия Лойолы, которую он каким-то им самим изобретенным способом (об этом у него есть статьи) научился сочетать с Иисусовой молитвой и аскетикой по Евагрию. но для меня как читателя было важнее не это. было важно, что он читал сам и учил читать других аскетические тексты (1) всерьез и (2) с пониманием.
(1) под "всерьез" я тут имею в виду как раз то, чего так не хватало у православных парижан: с готовностью всё применить на практике и, соответственно, и на самом деле все применяя на практике. (да, православного подвижника из него не получилось, но он не только мне, а сотням или тысячам православных помог приблизиться к православию. в числе таких, между прочим, Жан-Клод Ларше -- бывший иезуит, а ныне православный мирянин и патролог-богослов в юрисдикции Сербской патриархии, писаниями коего о св. Максиме исполнена вселенная).
(2) под "c пониманием" я тут имею в виду то, чего не хватало всяким "джорданвильцам": то есть просто понимания буквального смысла того, что написано в тексте. это задача, которая требует трудов и образования. иначе нужно просто следовать за наличным в среде твоего обитания преданием, а оно не всегда заслуживает доверия. для "Джорданвиля" это была дореволюционная церковь, которая, как известно, не знала паламизма (и, хуже того...), да и вообще не заслуживала никакого доверия как аскетическая традиция (о чем предупреждал Игнатий Брянчанинов). верить русским дореволюционным писателям вроде сентиментально-пиетического Феофана Затворника было невозможно. поэтому самым естественным было пойти по стопам Никодима Святогорца и Паисия Величковского (которые тоже не видели вокруг себя заслуживающего доверия живого аскетического предания) -- то есть поучиться специальным наукам, чтобы сделались доступными настоящие святоотеческие книги; при этом, руководствуясь примером того же Никодима, отнюдь не гнушаясь ученостью католиков. (вот здесь рано обозначившееся одно из различий с о.Серафимом Роузом: он почитал Помазанского и отвергал Мейендорфа, а я так и не смог заставить себя читать Помазанского, а Мейендорфа наоборот).
для "переоткрытия" в 20 в. православной аскетики Осэр значил примерно то же, что в 17 в. Комбефис для "переоткрытия" св. Максима. это не мое мнение, а просто факт из истории науки. но это также и факт из моей личной истории, т.е. биографии.
сейчас я об этом так много вспоминаю потому, что пришлось заново обращаться к книге Осэра о Симеоне Новом Богослове (он издал его Житие, написанное Никитой Стифатом, предпослав такое введение, которое поныне -- с 1928 г. -- остается последним словом науки по очень многим вопросам; Симеон НБ стал очень модной темой для патрологов в последние 30-40 лет, но, в основном, о нем пишут в жанре художественного свиста, очень редко замечая что-то такое, чего раньше действительно никто не видел).
разумеется, я постарался прочитать все его научные книги, но вскоре мне попались и ненаучные. в 1984 г. Светка меня познакомила в Одессе с Галиной Николаевной -- той самой старушкой-репатрианткой, которая дружила с отцом м.Антония Блюма, а потом и с ним самим (вот, кстати, узнать бы о ее судьбе; для меня ее следы теряются где-то на рубеже 90-х; она приехала в Одессу в 1956 и всю жизнь преподавала франц. яз. в светских ВУЗах и в семинарии). она мне дала 4 маленьких книжечки "реколлекций" Осэра, которые он регулярно проводил в каком-то женском монастыре. суть его проповеди перед католическими монахинями она излагала так: бросайте всю эту вашу эмоциональную экзальтацию, а учитесь у греческих отцов! -- оказалось, вопщем, что Г.Н. большая поклонница Осэра, но ничего не знала о том, что он еще и такой великий ученый. разумеется, в восприятии Г.Н. Осэр был 100%-ным православным. с позиций строгого антиэкуменизма на это, разумеется, можно было бы возразить, но, глядя на реальное положение дел, еще вопрос, нужно ли возражать: его аскетические книги уж, всяко, не менее православные, чем Феофан Затворник, не говоря уж о чтиве наподобие Нилуса.
в 1988 я спрашивал у о.Арранца, как там в Риме о.Осэр, на что он мне сказал (буквально) "Отец Ириней Осэр уже давно умер!". потом я узнал, что не так уж и давно: всего в 1978.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2008-01-25 01:44 am (UTC)Нетрудно всем давать советы,
Когда проблема далеко,
Нам кажется, что её нету.
Мы часто смотрим на других,
Завидуем, потом ругаем,
Хотя живем не хуже них,
И не комфортней, сами знаем.
Но видеть грех в своей душе
Не каждый искренне способен,
И сколько лет подряд уже
<На месте топчется> свободно,
Лишь замечая у людей
Таланты или недостатки,
И в слабости тоскливых дней
Уже не видят жизни сладкой.
Но кто осилит свою лень,
Кто свет в своей душе отыщет,
Тот интересней и сильней
В мгновенье станет и: (http://smysljizni.org.ua/parki-babe-lepetane.html) ЗАДЫШИТ!
....
no subject
Date: 2008-01-25 01:49 am (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 06:49 am (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 08:13 am (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 08:17 am (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 08:36 am (UTC)но франкофонные бельгийцы не терпят ничего фламадского и немецкого.
no subject
Date: 2008-01-25 08:16 am (UTC)/ он почитал Помазанского и отвергал Мейендорфа, а я так и не смог заставить себя читать Помазанского, а Мейендорфа наоборот /
У меня нечто подобное. Хотя есть такой ипц-дискурс, который мне агрессивно навязывал именно Помазанского, но я так и не смогла оценить "святоотеческий дух его писаний"
/но, глядя на реальное положение дел, еще вопрос, нужно ли возражать: его аскетические книги уж, всяко, не менее православные, чем Феофан Затворник, не говоря уж о чтиве наподобие Нилуса./
Это, ИМХО, Вы загнули :) Полемический задор что ли? Я Феофана не защищаю - сама его не выношу. Кто такой Нилус, даже не знаю. Но говорить о том, ято иезуит был православным, п.ч. были Ф. и Нилус - это как-то... Сами понимаете.
no subject
Date: 2008-01-25 08:39 am (UTC)что иезуит был православным, я и не говорю (хотя лет 25 назад мог бы сказать и так, лишь слегка преувеличивая :-)
просто из его писаний можно многое важное узнать о православии, с меньшими примесями, чем у Феофана. --- т.к. Феофан был эпигоном протестантского пиетизма, который от Церкви был куда дальше, чем иезуиты.
no subject
Date: 2008-01-25 10:19 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 10:22 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 08:21 am (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 08:41 am (UTC)но у нас с Вами разные науки. в Вашей и я был бы германофилом.
no subject
Date: 2008-01-25 10:02 am (UTC)Это чисто вкусовое, как мне кажется. Мне _классическая_ протестансткая культура намного ближе католической. Я поэтому Германию люблю и Америку даже, но последнюю только глазами Мелвилла или Тарантино - типичных американцев, но оч умных.
Кстати, чем-то нормальные (!) протестанты близки ипх. Наверное, отсутствием внешнего авторитета.
no subject
Date: 2008-01-25 10:06 am (UTC)но открытие как Византии, так и Христ. Востока для науки -- были совершены франкофонами. иезуитами, в основном, и именно бельгийскими. а также доминиканцами, и тоже бельгийскими. а также ассомпционистами -- французами, "но" тоже франкофонами.
no subject
Date: 2008-01-25 10:06 am (UTC)Протестанты - еретики, конечно, но это самые симпатиШные мне еретики.
no subject
Date: 2008-01-25 10:07 am (UTC)но иезуитская аскетика (не любая, а именно) в духе о.Осэра -- это вообще любовь!
no subject
Date: 2008-01-25 01:07 pm (UTC)Баптисты -- нет. Русские баптисты скоре -- старообрядцы. Западные -- евлогиане.
no subject
Date: 2008-01-25 01:14 pm (UTC)А то, что баптисты у них и баптисты у нас разные - это факт. Ну, и русские католики совсем не такие, как итальянские.
no subject
Date: 2008-01-25 01:19 pm (UTC)Харизматов -- к нам.
no subject
Date: 2008-01-25 01:26 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-26 01:03 pm (UTC)До сих пор уверен, что в рамках Библии я прв :).
no subject
Date: 2008-01-25 08:01 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 06:44 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 08:07 pm (UTC)а образ Рассказовского -- ето да ))