неслабый такой вопросик
Jun. 12th, 2002 02:40 pmзадают мне на Швейцарском времени:
Что значит - Бог есть любовь?
не стану делать вид, будто я знаю, что это значит. скорее, я знаю, что это не значит. но и такое знание -- лучше, чем ничего.
когда что-то объясняется через "это не (то-то, то-то, и т.д.)", то это называется апофатическое богословие -- т.е. через отрицание. поэтому первый ответ -- апофатический:
во-первых, это значит, что истинная любовь -- это только Бог Сам, а всё, что не Бог -- то и не любовь. то есть никакого опыта истинной любви вне Церкви быть не может. это не должно звучать для нормального человека, как медным тазом по голове, т.к. в этом есть вполне практический смысл.
возьмем для примера опстрактного философа Белибердяева (нужно было взять такого, чтобы любил философствовать именно про любовь). он думает, что у него любовь, и поэтому он, например, не хочет поститься в среду и пятницу. на самом деле, конечно, у него совсем другой диагноз. "совершенная любовь вон изгоняет страх" -- как он любит цитировать; и я тоже не против этих слов. но сначала-то все-таки бывает страх: "начало премудрости -- страх Господень". а если у тебя страха вообще не было, то ты просто еще нигде, а не то что там в какой-то "любви". если хотим любви, то озаботимся стяжать страх. только тогда с нами начнутся настоящие изменения, с некоторым таким треском в ушах, а не просто изменения наших эмоциональных состояний. (вспоминаем К.Н. Леонтьева и, заодно, что о нем писали интеллигентные дураки). самый полезный страх -- страх смерти (своей и чужой), который, будучи правильно понятым, переделывается в страх Божий. так что, если хочешь любви, самый полезный и практически доступный совет -- начать со смерти. приидИте, Узрим во гробЕх...
Литература по теме: К.Н. Леонтьев, Письма к В.В. Розанову (и вообще избр. письма в изд. СПб., 1993).
второй ответ -- катафатический (через утверждение):
...но было бы бесполезно утверждать, что Бог есть любовь, если бы вообще никакая человеческая интуиция любви не соответствовала тому, что есть Бог. и она, конечно же, соответствует. почему-то в греческом языке (и зависимых от него языках христианского Востока, вроде славянского) нет подходящего термина (видимо, еще в языческой Греции расплодилось столько синонимов для слова "любовь", что смысл любого отдельного слова размазался по тарелке тонким слоем), но зато есть подходящий синоним в христианской латыни (и зависимых от нее романских языках) -- caritas (charité, если по-французски и по-католически). что это за кескёсе, charité? т.е. насколько ее можно объяснить без привлечения "гипотезы Бога"?
самый очевидный критерий отличия caritas от всяких гормональных атак и их фрейдовских сублимаций -- неискание взаимности. это вполне однонаправленно -- чем и уподобляется Богу, Который одинаково светит на праведных и на неправедных. в христианском своем развитии она еще полнее уподобляется Богу, приобретая качество равномерности -- одинаковости ко всем, а не так, чтобы одного любить больше, другого меньше. но даже без этого качества она уже представляет собой некоторую ценность.
поэтому, практически делая что-либо для человека, полезно отдавать себе отчет, что:
весьма вероятно, что ты это делаешь ради: а) блудной страсти (в какой-либо из ее чересчур многообразных форм, включая неосознанные гомосексуализм, педофилию и автоэротизм), б) тщеславия (если есть мысли о том, как это выглядит в чьих-либо глазах, хотя бы и воображаемого зрителя), в) гордости (например, если ты это делаешь потому, что не можешь допустить, чтобы у тебя это не получилось) г) и т.п. Если что-либо такое обретается, то это еще не повод не делать нужного дела (хотя очень редко, но бывает, что и повод), т.к. добродетели новоначальных всегда пованивают -- но нужно ведь начинать хоть с чего-то. Но это повод понимать, что ты реально не делаешь ничего -- для той самой caritas; однако, и тренировка с боксерской грушей бывает полезна для будущей невидимой брани.
...а также стараться иметь в виду, чтобы:
а) ты делал для данного человека ровно то же самое, что ты стал бы делать вообще для любого человека, окажись он на том же месте,
б) ну и, разумеется, неискание взаимности -- что тебе по барабану, как он, этот человек, будет к тебе впоследствии относиться.
Что значит - Бог есть любовь?
не стану делать вид, будто я знаю, что это значит. скорее, я знаю, что это не значит. но и такое знание -- лучше, чем ничего.
когда что-то объясняется через "это не (то-то, то-то, и т.д.)", то это называется апофатическое богословие -- т.е. через отрицание. поэтому первый ответ -- апофатический:
во-первых, это значит, что истинная любовь -- это только Бог Сам, а всё, что не Бог -- то и не любовь. то есть никакого опыта истинной любви вне Церкви быть не может. это не должно звучать для нормального человека, как медным тазом по голове, т.к. в этом есть вполне практический смысл.
возьмем для примера опстрактного философа Белибердяева (нужно было взять такого, чтобы любил философствовать именно про любовь). он думает, что у него любовь, и поэтому он, например, не хочет поститься в среду и пятницу. на самом деле, конечно, у него совсем другой диагноз. "совершенная любовь вон изгоняет страх" -- как он любит цитировать; и я тоже не против этих слов. но сначала-то все-таки бывает страх: "начало премудрости -- страх Господень". а если у тебя страха вообще не было, то ты просто еще нигде, а не то что там в какой-то "любви". если хотим любви, то озаботимся стяжать страх. только тогда с нами начнутся настоящие изменения, с некоторым таким треском в ушах, а не просто изменения наших эмоциональных состояний. (вспоминаем К.Н. Леонтьева и, заодно, что о нем писали интеллигентные дураки). самый полезный страх -- страх смерти (своей и чужой), который, будучи правильно понятым, переделывается в страх Божий. так что, если хочешь любви, самый полезный и практически доступный совет -- начать со смерти. приидИте, Узрим во гробЕх...
Литература по теме: К.Н. Леонтьев, Письма к В.В. Розанову (и вообще избр. письма в изд. СПб., 1993).
второй ответ -- катафатический (через утверждение):
...но было бы бесполезно утверждать, что Бог есть любовь, если бы вообще никакая человеческая интуиция любви не соответствовала тому, что есть Бог. и она, конечно же, соответствует. почему-то в греческом языке (и зависимых от него языках христианского Востока, вроде славянского) нет подходящего термина (видимо, еще в языческой Греции расплодилось столько синонимов для слова "любовь", что смысл любого отдельного слова размазался по тарелке тонким слоем), но зато есть подходящий синоним в христианской латыни (и зависимых от нее романских языках) -- caritas (charité, если по-французски и по-католически). что это за кескёсе, charité? т.е. насколько ее можно объяснить без привлечения "гипотезы Бога"?
самый очевидный критерий отличия caritas от всяких гормональных атак и их фрейдовских сублимаций -- неискание взаимности. это вполне однонаправленно -- чем и уподобляется Богу, Который одинаково светит на праведных и на неправедных. в христианском своем развитии она еще полнее уподобляется Богу, приобретая качество равномерности -- одинаковости ко всем, а не так, чтобы одного любить больше, другого меньше. но даже без этого качества она уже представляет собой некоторую ценность.
поэтому, практически делая что-либо для человека, полезно отдавать себе отчет, что:
весьма вероятно, что ты это делаешь ради: а) блудной страсти (в какой-либо из ее чересчур многообразных форм, включая неосознанные гомосексуализм, педофилию и автоэротизм), б) тщеславия (если есть мысли о том, как это выглядит в чьих-либо глазах, хотя бы и воображаемого зрителя), в) гордости (например, если ты это делаешь потому, что не можешь допустить, чтобы у тебя это не получилось) г) и т.п. Если что-либо такое обретается, то это еще не повод не делать нужного дела (хотя очень редко, но бывает, что и повод), т.к. добродетели новоначальных всегда пованивают -- но нужно ведь начинать хоть с чего-то. Но это повод понимать, что ты реально не делаешь ничего -- для той самой caritas; однако, и тренировка с боксерской грушей бывает полезна для будущей невидимой брани.
...а также стараться иметь в виду, чтобы:
а) ты делал для данного человека ровно то же самое, что ты стал бы делать вообще для любого человека, окажись он на том же месте,
б) ну и, разумеется, неискание взаимности -- что тебе по барабану, как он, этот человек, будет к тебе впоследствии относиться.
no subject
Date: 2002-06-12 03:55 am (UTC)А вот с первым... Быть моэт, "съесть то он съесть"... Ну если неоткуда взять мне страха- что делать прикажете? :))
насчет страха
Date: 2002-06-12 04:03 am (UTC)no subject
Olga
Re: насчет страха
Date: 2002-06-12 04:19 am (UTC)Re: насчет страха
Date: 2002-06-12 04:47 am (UTC)погодим еще
Date: 2002-06-12 04:48 am (UTC)Re: насчет страха
Date: 2002-06-12 04:52 am (UTC)Re: насчет страха
Date: 2002-06-12 04:57 am (UTC)Re: насчет страха
Date: 2002-06-12 05:04 am (UTC)no subject
Date: 2002-06-12 06:23 am (UTC)Во время Крещения на Иордане Бог Отец сказал нам: "Сей есть Сын Мой возлюбленный, Того послушайте" и Дух Святый сошел на Сына в виде голубине, присутствуя видимым образом при свидетельстве этой любви. То же на Фаворе, Бог Отец опять объявляет всему миру: "Ты еси Сын Мой возлюбленный, в Тебе Мое благоволение" и осенило Спасителя облако светлое - Дух Святой нераздельно присутствовал и при этом всемирном свидетельстве Божественной Любви. Любовь не может самозамыкаться, она касается всего и всех, не отвергающих ее. По любви или как причина этой любви был создан мир, в котором тогда царствовала творческая любовь среди всего творения. Господь (говоря убогим нашим человеческим языком) желает, как может желать любящий отец, чтобы мы разделяли Его любовь. В Своей прощальной беседе с учениками, Он молился Отцу: "Я в них и Ты во Мне, да будут совершенны во едино, и да познает мир, что Ты послал Меня и возлюбилъ их, как возлюбил Меня. Отче! которых Ты дал мне, хочу, чтобы там где Я и они были со Мною, которых Ты дал Мне, потому что возлюбил Меня"
no subject
Date: 2002-06-12 06:41 am (UTC)------
не понятно, что вообще хорошего, с Вашей т.зр., в такой "добродетели" (которая не ради Христа).
------
*а если у тебя страха вообще не было, то ты просто еще нигде, а не то что там в какой-то "любви".
--------
вот вот. а какая разница, будучи "нигде", творить там языческие "добродетели", или не творить? по Вашей логике, выбраться оттуда можно только хорошенько напугавшись. а на "добродетели" тогда и размениваться нечего.
no subject
Date: 2002-06-12 08:00 am (UTC)Вопрос поставлен совершенно прозрачный и простой. Что значит - Бог есть любовь? Ответ: то и значит. Любовь это Бог в физическом обличии. Все кто чувствуют Любовь (не путать с чувствами) - чувствуют Бога. Отсюда совершенно понятно, что означает Бог - везде, ведь Любовь повсюду. Она есть в каждом человеке, в каждом растении, вдохе и даже слове. В разных количествах, но Она есть везде.
Почему я пишу "не путать с чувствами". Все опять же просто: из Любви исходят все чувства и Она не может быть чувством. Радость, счастье, горе, унынье и т.д. Нас любят нам приятно, нас не любят нам печально и тоскливо.
Обычным человекам такой ответ вполне приятен и понятен.
у каждой проблемы
1. приятное
2. понятное
3. неправильное
no subject
Date: 2002-06-16 05:14 pm (UTC)Сужу по себе (а больше и не по кому :-) - мне кажется, что я знаю, что это значит - "Бог есть Любовь"; нет, знанием это назвать трудно, поскольку словами сказать не умею. Чувствую-знаю, вот так вернее будет. А объяснить? Разве что отослать ко Второму посланию к Коринфянам или к "Христос-младенец" Баха, или Himn To Him McLaughlin'а...
:-)