Пфистер -- Фрейду
Jul. 21st, 2020 12:59 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
hgrиз готовящегося перевода их переписки. в этом письме о Юнге и Адлере.
В издании Freud/Meng (19802), стр. 62 отмечается, что между 11 марта 1913 и 9 октября 1918 «письма не сохранились». Тем радостнее обнаружение М. Шротером следующего письма от 9 июля 1914. (Ссылку на написанное, но не обнаруженное письмо можно найти у Jones 2, S. 124 [Письмо Фрейда Пфистеру от 9 октября 1913][1]).[2]
1914
58 P
Цюрих, 9. VII. [19]14.[3][4]
Досточтимый и дорогой господин профессор!
Сердечно благодарю Вас за отправку Вашей остроумной критики психоаналитического движения.[5] Ваше изложение наглядно демонстрирует, что Вы для своего детища сделали и вытерпели. Становится понятно, что Вы[6] не могли вести себя иначе. Я не сожалею о разнообразии движений, которые исходят от Вас, ведь так и должно было произойти. От Иисуса и Лютера, от всех творческих душ сразу же начинают отходить борющиеся друг с другом направления. Разумеется, среди них встречаются заблуждения. Но мне больно, что возникают такие тяжелые разочарования и такие горькие личные размолвки. Если бы не было этого личного аспекта, то Вы бы, конечно, радовались, что Ваши импульсы отражаются в совершенно разных личностях и очень по-разному, и Вы бы со спокойной верой в истину, которую Вы до сих пор несли с такой удивительной уверенной силой, разглядели бы так же и преувеличения, и глупости своих последователей. Но теперь боевой топор расчехлен и решения принимает колун древнего дровосека. Я очень болезненно это воспринимаю, возможно, потому что я совершенно инфантильно в каждом превосходящем меня аналитике вижу идеального человека. Но я признаю, что плодотворная совместная работа между Юнгом и Вами более была невозможна, не говоря уже об Адлере, таким образом я оказываюсь в тяжелой ситуации, у которой будут свои преимущества.
То, что Вы отвергаете в гипотезах Адлера и Юнга, кажется мне по большей части очевидным, и я восхищаюсь ясностью и уверенностью Вашей[7] критики. То что Адлер, как и многие интроверты, переоценивает волю к власти, для меня очевидно. Также и его пренебрежение сексуальным и эротическим я отвергаю как психологически неверное. Недавно я столкнулся с интересным случаем: юноша, будучи маленьким мальчиком, попал в патогенную ситуацию, после того как услышал, что мать (имея 3х мальчиков), гораздо больше хотела бы девочку. В дальнейшем маленький[8] верил на полном серьезе, что как мальчик он неполноценен, и охотно стал бы девочкой. То есть он пожертвовал «мужчиной» ради своей любви. Также и неполноценность Адлер ужасно преувеличивает. С другой стороны, у многих невротиков я не смог продвинуться дальше в прошлое, чем до нарушения любви к родителям из-за замечания, выражающего пренебрежение по отношению к ребенку.
Также что касается критики взглядов Юнга, то и тут я должен и хочу с Вами согласиться по большей части пунктов. Я полагаю вместе с Вами, что, например, религия действительно сублимирует первичные инстинкты, с уважением[9] возвышает (Цинцендорф). Но и Вы не будете отрицать, что в этих продуктах вытеснения содержится попытка возвышения инстинктов. Я считаю такие религиозные явления «переложениями», которые возникают при каждом изменении вытесненного инстинкта. Понятие символического либидо для меня слишком расплывчато, и у Юнга очень часто приобретает оттенок насилия. Если во сне ребенок лежит на груди матери, то это совершенно не значит, что бессознательное хочет предостеречь от детскости, а — как показывает поведение в целом — что сновидец инфантилен, и если человеку что-то внушают, то он меняет свое мнение. С другой стороны, при прохождении анализа символ может получить[10] другое значение или приобрести иронический смысл. На этой неделе выздоравл[ивающий] пациент нарисовал веселого повешенного, которому улыбается солнце. Он высмеивает прежние идеи суицида.
Я бы очень хотел услышать Ваше мнение по одному вопросу: когда во время анализа неожиданно возникает сильная регрессия, Вы всегда это воспринимаете как полный рецидив и победу регрессии? Или это может быть попыткой найти новые пути из инфантильного состояния? Мы обычно не воспринимаем такие скачки серьезно, а, с другой стороны, полагаем, что нового нельзя достичь без примирения с инфантильным.
Я думаю, что сейчас нам нужно больше казуистики в дискуссиях. Того, что публикуют Юнг и Медер, без сомнения, совершенно недостаточно. Я собрал коллекцию снов первенцев, которые, я думаю, более наглядны, чем все опубликованное до сих пор. Таким образом могла бы возникнуть положительная тенденция, что Вы тоже никогда не отрицали, но было бы несправедливо везде видеть свернутый моралистический монолог. Я совершенно не могу участвовать в «пересимволизации» всех исторических фигур. Как Вы думаете, работа такого рода представляла бы интерес для «Ежегодника»?
Несколько слов о нашем психоаналитическом объединении. Я хожу туда нерегулярно, потому что оно полностью превратилось в посвященный Юнгу клуб. Защищать собственные взгляды бессмысленно, потому что большинство — друзья семьи Юнга и ученики его семинара. Насколько я знаю, объединение планирует выйти из международного объединения.[11] Могу ли я в[12] случае, если это намерение будет осуществлено, несмотря на мои взгляды, которые по некоторым пунктам отличаются от Ваших, вступить в Ваше объединение? Я знаю, что этим шагом я очень рассержу Юнга, то есть почти всех остальных цюрихцев. Но я считаю несправедливым продемонстрировать внешнее отделение от Вас, которого не происходит с точки зрения м[оей] человеческой и научной[13] совести. Я никогда не забуду, как сильно я Вам обязан. Вся моя научная деятельность благодаря Вам получила такой подъем, о котором я не мог и мечтать, Вы были постоянно толерантны по отношению к моим собственным установкам, в то время как Юнг вел себя по отношению ко мне враждебно и уничижительно, потому что я отвергал его скачки туда-сюда относительно лояльности. Исключат меня из Цюрихского общества, то пусть так и будет. Я могу и так идти свой, путь.[14] Сектантский дух мне совершенно не близок. Если Зильберер[15] возможен в Вашем сообществе, то я надеюсь, что мне тоже найдется место.
У меня[16] лично все очень хорошо. Известный Вам симптом давно исчез. В любом случае, его причиной была в большей степени неуклюжесть, чем невроз, и дело только отчасти было во мне. Я работаю гораздо спокойнее, чем раньше, медленнее, но и основательнее. Станли Холл пригласил меня на конгресс в Филадельфии, но без оплаты расходов. После моей поездки по Востоку[17] я должен сильно экономить. Поэтому я посылаю только одну работу под названием «Psa und Jugendforschung»[18]. Там речь идет об исследовании объединительного и разделяющего внутри направлений psa.
Вам сердечный привет с надеждой, что Вы сохраните свое расположение по отношению ко мне и посчитаете мои особые мнения не негативизмом, а дотошностью.
С давнишней благодарностью
Ваш Оскар Пфистер
[18] Pfister (1914f).
В издании Freud/Meng (19802), стр. 62 отмечается, что между 11 марта 1913 и 9 октября 1918 «письма не сохранились». Тем радостнее обнаружение М. Шротером следующего письма от 9 июля 1914. (Ссылку на написанное, но не обнаруженное письмо можно найти у Jones 2, S. 124 [Письмо Фрейда Пфистеру от 9 октября 1913][1]).[2]
1914
58 P
Цюрих, 9. VII. [19]14.[3][4]
Досточтимый и дорогой господин профессор!
Сердечно благодарю Вас за отправку Вашей остроумной критики психоаналитического движения.[5] Ваше изложение наглядно демонстрирует, что Вы для своего детища сделали и вытерпели. Становится понятно, что Вы[6] не могли вести себя иначе. Я не сожалею о разнообразии движений, которые исходят от Вас, ведь так и должно было произойти. От Иисуса и Лютера, от всех творческих душ сразу же начинают отходить борющиеся друг с другом направления. Разумеется, среди них встречаются заблуждения. Но мне больно, что возникают такие тяжелые разочарования и такие горькие личные размолвки. Если бы не было этого личного аспекта, то Вы бы, конечно, радовались, что Ваши импульсы отражаются в совершенно разных личностях и очень по-разному, и Вы бы со спокойной верой в истину, которую Вы до сих пор несли с такой удивительной уверенной силой, разглядели бы так же и преувеличения, и глупости своих последователей. Но теперь боевой топор расчехлен и решения принимает колун древнего дровосека. Я очень болезненно это воспринимаю, возможно, потому что я совершенно инфантильно в каждом превосходящем меня аналитике вижу идеального человека. Но я признаю, что плодотворная совместная работа между Юнгом и Вами более была невозможна, не говоря уже об Адлере, таким образом я оказываюсь в тяжелой ситуации, у которой будут свои преимущества.
То, что Вы отвергаете в гипотезах Адлера и Юнга, кажется мне по большей части очевидным, и я восхищаюсь ясностью и уверенностью Вашей[7] критики. То что Адлер, как и многие интроверты, переоценивает волю к власти, для меня очевидно. Также и его пренебрежение сексуальным и эротическим я отвергаю как психологически неверное. Недавно я столкнулся с интересным случаем: юноша, будучи маленьким мальчиком, попал в патогенную ситуацию, после того как услышал, что мать (имея 3х мальчиков), гораздо больше хотела бы девочку. В дальнейшем маленький[8] верил на полном серьезе, что как мальчик он неполноценен, и охотно стал бы девочкой. То есть он пожертвовал «мужчиной» ради своей любви. Также и неполноценность Адлер ужасно преувеличивает. С другой стороны, у многих невротиков я не смог продвинуться дальше в прошлое, чем до нарушения любви к родителям из-за замечания, выражающего пренебрежение по отношению к ребенку.
Также что касается критики взглядов Юнга, то и тут я должен и хочу с Вами согласиться по большей части пунктов. Я полагаю вместе с Вами, что, например, религия действительно сублимирует первичные инстинкты, с уважением[9] возвышает (Цинцендорф). Но и Вы не будете отрицать, что в этих продуктах вытеснения содержится попытка возвышения инстинктов. Я считаю такие религиозные явления «переложениями», которые возникают при каждом изменении вытесненного инстинкта. Понятие символического либидо для меня слишком расплывчато, и у Юнга очень часто приобретает оттенок насилия. Если во сне ребенок лежит на груди матери, то это совершенно не значит, что бессознательное хочет предостеречь от детскости, а — как показывает поведение в целом — что сновидец инфантилен, и если человеку что-то внушают, то он меняет свое мнение. С другой стороны, при прохождении анализа символ может получить[10] другое значение или приобрести иронический смысл. На этой неделе выздоравл[ивающий] пациент нарисовал веселого повешенного, которому улыбается солнце. Он высмеивает прежние идеи суицида.
Я бы очень хотел услышать Ваше мнение по одному вопросу: когда во время анализа неожиданно возникает сильная регрессия, Вы всегда это воспринимаете как полный рецидив и победу регрессии? Или это может быть попыткой найти новые пути из инфантильного состояния? Мы обычно не воспринимаем такие скачки серьезно, а, с другой стороны, полагаем, что нового нельзя достичь без примирения с инфантильным.
Я думаю, что сейчас нам нужно больше казуистики в дискуссиях. Того, что публикуют Юнг и Медер, без сомнения, совершенно недостаточно. Я собрал коллекцию снов первенцев, которые, я думаю, более наглядны, чем все опубликованное до сих пор. Таким образом могла бы возникнуть положительная тенденция, что Вы тоже никогда не отрицали, но было бы несправедливо везде видеть свернутый моралистический монолог. Я совершенно не могу участвовать в «пересимволизации» всех исторических фигур. Как Вы думаете, работа такого рода представляла бы интерес для «Ежегодника»?
Несколько слов о нашем психоаналитическом объединении. Я хожу туда нерегулярно, потому что оно полностью превратилось в посвященный Юнгу клуб. Защищать собственные взгляды бессмысленно, потому что большинство — друзья семьи Юнга и ученики его семинара. Насколько я знаю, объединение планирует выйти из международного объединения.[11] Могу ли я в[12] случае, если это намерение будет осуществлено, несмотря на мои взгляды, которые по некоторым пунктам отличаются от Ваших, вступить в Ваше объединение? Я знаю, что этим шагом я очень рассержу Юнга, то есть почти всех остальных цюрихцев. Но я считаю несправедливым продемонстрировать внешнее отделение от Вас, которого не происходит с точки зрения м[оей] человеческой и научной[13] совести. Я никогда не забуду, как сильно я Вам обязан. Вся моя научная деятельность благодаря Вам получила такой подъем, о котором я не мог и мечтать, Вы были постоянно толерантны по отношению к моим собственным установкам, в то время как Юнг вел себя по отношению ко мне враждебно и уничижительно, потому что я отвергал его скачки туда-сюда относительно лояльности. Исключат меня из Цюрихского общества, то пусть так и будет. Я могу и так идти свой, путь.[14] Сектантский дух мне совершенно не близок. Если Зильберер[15] возможен в Вашем сообществе, то я надеюсь, что мне тоже найдется место.
У меня[16] лично все очень хорошо. Известный Вам симптом давно исчез. В любом случае, его причиной была в большей степени неуклюжесть, чем невроз, и дело только отчасти было во мне. Я работаю гораздо спокойнее, чем раньше, медленнее, но и основательнее. Станли Холл пригласил меня на конгресс в Филадельфии, но без оплаты расходов. После моей поездки по Востоку[17] я должен сильно экономить. Поэтому я посылаю только одну работу под названием «Psa und Jugendforschung»[18]. Там речь идет об исследовании объединительного и разделяющего внутри направлений psa.
Вам сердечный привет с надеждой, что Вы сохраните свое расположение по отношению ко мне и посчитаете мои особые мнения не негативизмом, а дотошностью.
С давнишней благодарностью
Ваш Оскар Пфистер
[1] Фрейд описывает себя в этом письме как «веселого пессимиста» (Jones 2, S. 124)
[2] См. Nase (1993), S. 133 (прим. 32).
[3] Пометка на письме: «Пфистер Фрейду. Ответ на «Историю.» См. Freud (1914d).
[4] Расшифровка представляет собой рукописную копию письма Пфистера, сделанную Максом Эйтингоном. Оно находится в архиве Макса Эйтингона (Государственный архив Израиля, Иерусалим), Konvolut 3235/1, и публикуется здесь в современном правописании и пунктуации. Копия любезно предоставлена M. Шротером.
[5] Ср. Freud (1914d).
[6] В рукописи: вы.
[7] В рукописи: вашей.
[8] «Маленький» или «маленький» написано над «мальчик». Может быть самостоятельной поправкой или вставкой.
[9] Над строкой одно или два слова в скобках не читаются.
[10] Получить (annehmen) написано над заслужить (gewinnen). При расшифровке воспринимается как самостоятельная поправка.
[11] Это предложение отмечено по краю.
[12] В рукописи написано сверху над «в том случае». Воспринимается как самостоятельное исправление.
[13] В копии Эйтингона «человеческой» написано и зачеркнуто, над ним стоит «совести» и еще раз над этим «с точки зрения м. человеч. и научн.». Эти слова помещены с помощью знака вставки после «совести», но по смыслу должно быть перед.
[14] Именно так в копии. Возможно, по недосмотру пропущено «мой» или «мой собственный путь».
[15] Herbert Silberer (1882-1923), писатель, с 1910 член WPV (BLP/W).
[16] Этот личный отрывок в копии заключен в скобки.
[17] Прошение Пфистера о шестинедельном отпуске (с 14 апреля по 26 мая 1914) было удовлетворено. 24 мая 1914 он вернулся из поездки в Палестину. См. протоколы проповедей церковного совета (Sign.: IV B. 1.7.), 22 ноября 1913 и 25 мая 1914, S. 358f. И 365 [KGPrZH]. С глубокой признательностью г-же д-ру Сильвии Рудин (Sylvia Rüdin) за предоставленную возможность просмотра.
