"как я стал этнографом"
May. 15th, 2009 06:45 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
hgrс наводки (пожирателя времени!) ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
urukhaj прочитал на днях воспоминания этнографа Кабо . очень интересно, конечно. в отличие от мемуаров Дьяконова, совсем не удручающе, т.к. человек, по кр. мере, знал, с какими упырями имеет дело. очень интересно про агента МГБ в качестве близкого друга детства. да и вообще. пусть даже взгляды автора по разным вопросам мне и не близки. тут это неважно. но тогда я тоже расскажу -- рассказ В.А. Лившица про И.Н. Винникова: "Как я стал этнографом".
в 1948 г. Лившиц молодым человеком подрабатывал дома у Винникова перепиской от руки собранных тем в Бухаре арабских текстов. Лившиц получал стакан чая, пряник и орудия труда. Через какое-то время приходил Винников и говорил: бросьте переписывать -- я Вам все равно заплачу; давайте лучше поговорим. Это означало, что он будет рассказывать о своей жизни.
видимо, любимый его рассказ был "как я стал этнографом" (судя по тому, что он стал одним из любимых рассказов Лившица, и я сегодня решил его записать, прослушав, думаю, в десятый раз, минимум :-)
в молодости Винников работал журналистом в ленинградской еврейской газете, но мечтал стать писателем. наконец, он написал очень дорогую его сердцу повесть. герой этой повести -- увы -- к сожалению, кончал жизнь самоубийством. финал, вопщем, был трагическим.
в газете редактор к повести отнесся хорошо, но сказал: Исаак, ты ж сам понимаешь, НЭП уже закончился (был как раз 1929 или 1930), началось строительство... конец надо переписать.
для Винникова это было огромное потрясение. после этого он целый день бродил по Ленинграду и говорил себе: нет, не может он остаться жив! не может!...
-- и ви знаете, что я придумал? -- тут Лившиц всегда пародирует резкий местечковый акцент, которым славился Винников, -- нет, ви таки знаете, что я придумал? я таки придумал: я стал этнографом!
--------
в действительности он стал, еще в большей мере, семитологом, очень значительным, хотя советская власть ему очень мешала работать.
широкой публике он больше известен как автор книжки "Самаритянский язык" в серии "Языки стран Азии и Африки" [UPDATE в этом месте я перепутываю Винникова и Вильскера]. узкой публике он известен разными другими вещами, из которых одна особенно назидательная -- дискуссия против братьев Дьяконовых и Лившица (но они все при этом отнюдь не ссорились) относительно языка документов Нисы. именно Винников возглавлял партию тех, кто считал, что язык там арамейский, только очень безграмотный и с иранскими вкраплениями. Дьяконовы и Лившиц доказали, что язык парфянский (иранской группы), но записанный при помощи арамейских идеограмм. это был тот случай, когда легче было перевести текст, чем понять, на каком он языке.
urukhaj прочитал на днях воспоминания этнографа Кабо . очень интересно, конечно. в отличие от мемуаров Дьяконова, совсем не удручающе, т.к. человек, по кр. мере, знал, с какими упырями имеет дело. очень интересно про агента МГБ в качестве близкого друга детства. да и вообще. пусть даже взгляды автора по разным вопросам мне и не близки. тут это неважно. но тогда я тоже расскажу -- рассказ В.А. Лившица про И.Н. Винникова: "Как я стал этнографом".в 1948 г. Лившиц молодым человеком подрабатывал дома у Винникова перепиской от руки собранных тем в Бухаре арабских текстов. Лившиц получал стакан чая, пряник и орудия труда. Через какое-то время приходил Винников и говорил: бросьте переписывать -- я Вам все равно заплачу; давайте лучше поговорим. Это означало, что он будет рассказывать о своей жизни.
видимо, любимый его рассказ был "как я стал этнографом" (судя по тому, что он стал одним из любимых рассказов Лившица, и я сегодня решил его записать, прослушав, думаю, в десятый раз, минимум :-)
в молодости Винников работал журналистом в ленинградской еврейской газете, но мечтал стать писателем. наконец, он написал очень дорогую его сердцу повесть. герой этой повести -- увы -- к сожалению, кончал жизнь самоубийством. финал, вопщем, был трагическим.
в газете редактор к повести отнесся хорошо, но сказал: Исаак, ты ж сам понимаешь, НЭП уже закончился (был как раз 1929 или 1930), началось строительство... конец надо переписать.
для Винникова это было огромное потрясение. после этого он целый день бродил по Ленинграду и говорил себе: нет, не может он остаться жив! не может!...
-- и ви знаете, что я придумал? -- тут Лившиц всегда пародирует резкий местечковый акцент, которым славился Винников, -- нет, ви таки знаете, что я придумал? я таки придумал: я стал этнографом!
--------
в действительности он стал, еще в большей мере, семитологом, очень значительным, хотя советская власть ему очень мешала работать.
широкой публике он больше известен как автор книжки "Самаритянский язык" в серии "Языки стран Азии и Африки" [UPDATE в этом месте я перепутываю Винникова и Вильскера]. узкой публике он известен разными другими вещами, из которых одна особенно назидательная -- дискуссия против братьев Дьяконовых и Лившица (но они все при этом отнюдь не ссорились) относительно языка документов Нисы. именно Винников возглавлял партию тех, кто считал, что язык там арамейский, только очень безграмотный и с иранскими вкраплениями. Дьяконовы и Лившиц доказали, что язык парфянский (иранской группы), но записанный при помощи арамейских идеограмм. это был тот случай, когда легче было перевести текст, чем понять, на каком он языке.
