прописные истины (продолжение):
Sep. 8th, 2002 01:06 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
hgrтеперь я, как обещал, буду стараться проговаривать всякие прописные истины. на сей раз -- про возможность собственного участия в чужой жизни. тема возникла в одной подзамочной дискуссии не у меня. как-то все это длинно и муторно, если записывать. но вообще-то всё это легко и естественно. муторность -- неизбежный эффект детализации и анализа.
базовые святоотеческие правила изложены применительно к минимальной форме такого участия -- совету.
Правило номер 0:если ситуация такова, что даже совет не может быть дан, то не может быть и никакого более сильного вмешательства в чужую жизнь.
что здесь нетривиально: технически возможно очень много ситуаций, когда совет не может быть дан, а что-нибудь другое -- может: например, может быть дано по морде. однако, если наша цель -- реально помочь, то мы имеем право на такое действие лишь в том случае, если бы мы -- теоретически -- имели бы право и на совет. т.е., например, дать в морду как мера пресечения -- это всегда пожалуйста, а как мера воспитания -- очень и очень не всегда.
это правило действует a fortiori из тех же оснований, что правила для подачи советов. поэтому переходим к ним. они изложены от случая к случаю у разных отцов, но наиболее систематически -- в Вопросоответах Варсануфия и Иоанна из Газы (нач. 6 в.).
Правило номер 1: если у вас просят совета, то установка by default должна быть на то, чтобы его не давать.
что здесь нетривиально: это делается не от подозрительности к намерениям вопрошающего (т.к. понятно, что спрашивать могут и с дурными целями -- тогда послать куда подальше надо будет с обеих точек зрения, и аскетической, и мирской; т.е. это как раз тривиально), а от уверенности, что ничего истинно полезного я знать не могу, и от моих советов должен быть только вред.
Правило номер 2:чтобы начать кому-то что-то советовать, должны быть особые основания.
что здесь нетривиально: если нам кажется, что мы знаем, что именно нужно посоветовать, то это все равно не основание, чтобы советовать. во-первых, мы должны знать именно церковное и святоотеческое решение. но и это -- не основание. это всего лишь условие sine qua non: если наш совет -- не святоотеческий, то он заведомо дурацкий. но и святоотеческий (внешне) совет может быть даже еще более дурацким.
основания, чтобы кому-то что-то советовать, зависят от отношений с тем, кто просит совета. в зависимости от отношений, существуют следующие правила:
Правило номер 3: советовать, когда вас не спрашивают, можно (и тогда уже должно) только тем, кто нам подчинен, но и только в той области, в которой существует это подчинение. советовать и указывать подчиненным -- это обязанность, исполнение которой не зависит от того, спрашивают они сами или нет.
например: родители -- детям, начальники -- подчиненным (но лишь в отношении работы)...
что здесь нетривиально: если подчиненные что-то портят, в том числе, самих себя, то пенять надо на того начальствующего, кто вовремя не посоветовал. а начальник должен стараться всё высказать своим подчиненным, даже если они совершенные уроды. множество хороших примеров в поучениях преп. Феодора Студита (+ 826 г.) своим монахам: их у него было несколько тысяч, среди них даже довольно много святых, но попадались какие-то совершенно отчаянные отморозки; поэтому преп. Феодор иногда честно признавался, что он хочет всех повразумлять хотя бы для того, чтобы ему самому потом не досталось на орехи.
Правило номер 4: советовать равным по иерархии можно только тогда, когда они сами об этом просят, ни в коем случае не проявляя собственной инициативы.
тут много чего нетривиального. во-первых, кто есть "равный по иерархии"? понятно, когда речь идет о двух послушниках, например. а если иерархия не "прописана" -- так, чтобы совсем очевидно? тут ответ простой: равными являются все, кто нам не начальник и не подчиненный. тут как раз возникает вторая нетривиальность: наше положение верующих не делает нас выше по иерархии, чем неверующие; если верующий начинает говорить с кем угодно, даже с полнейшим атеистом, как будто он знает больше, -- то он просто придурок, хотя бы и верующий придурок. потому что это знание -- это ерунда, это можно на магнитофон записать (во всяком случае, на СД). а вот по части усвоенности спасения этот самый христианин еще под большим вопросом, нередко и под бОльшим вопросом, чем этот неверующий. потому -- скромнее надо быть, товарищи. в особенности такая "нетривиальность" касается нашего брата попья: это ведь вообще бывает туши свет: как щеки надует -- так уж за всю жизнь и не сдует. но при общении с попами надо всегда иметь в виду, что никогда нельзя путать чьи-либо должностные обязанности с тем физическим лицом, которое занимает должность: т.е. нужно лобызать висящую на стенке в красивой рамке должностную инструкцию священнослужителя (где написано, что он должен быть святым -- да, именно так, ни много, ни мало; читаем Златоуста и Ареопагита) и с большим недоверием относиться ко всякому лицу, которое -- вроде меня -- на такое место влезло.
и еще важная третья "нетривиальность": "равные" могут проявлять инициативу как-нибудь опосредованно: например, почти всегда именно так поступают самоубийцы (их сигналы sos всегда зашифрованы, хотя понятны при знании языка). но, скажем, если человек в совете нуждается, это не означает, что он его реально просит. поэтому очень часто бывает лучше пройти мимо, ничего не сказав, даже если мы (предположим) знаем, как надо. тут дело в том, что, нарушив это правило, наше правильное "как надо" мы превратим в "как не надо" -- будет какое-нибудь искушение.
Правило номер 5: совета спрашивает старший по иерархии. -- нужно постараться уклониться. только если он спрашивает очень настойчиво, многократно и т.п., т.е. эксплуатирует нашу обязанность послушания к нему, -- то тут надо уступать и советовать.
теперь предположим, что мы оказались в ситуации, где мы должны подать совет, но у нас возникает подозрение, что наше участие в жизни ближнего не должно ограничиваться советом. до чего мы тут можем дойти?
Правило номер 6: при желательности нашего углубленного участия (= более, чем советом) в чужой жизни, мы должны исходить из своей системы приоритетов.
т.е. система приоритетов житейских обязанностей у каждого из нас должна быть. -- и в этом нет ничего нетривиального.
Правило номер 7: основной приоритет -- для всех и всегда -- это спасение нашей собственной души. у святых отцов это выражено в знаменитом афоризме "если ты спасаешь утопающего, то протяни ему свой жезл, а не руку". К.Н. Леонтьев (с полным одобрением) и за ним Бердяев (с досадой) называли это "трансцендентным эгоизмом".
в применении этого правила почти всё нетривиальное. легче сказать, что тут тривиального. ну, например, девушка не должна "спасать" алкоголика посредством заключения с ним христианского брака. по той же причине не следует продолжать тусоваться в дурном обществе, когда ты только что понял, что оно дурное...
Правило номер 8: из других людей может существовать небольшая группа или особая категория, за которой именно ты должен иметь особый присмотр.
тут все довольно тривиально: для родителей это дети, для попа -- прихожане и т.д. в этом роде. например, для меня это, во-первых, люди, ищущие монашества (м.б., сами того не зная пока что), и, во-вторых, все люди, ищущие истинного православия (в наш век коммуникаций это не обязательно прихожане нашего храма, хотя и они живут с разбросом от Кёнигсберга до Екатеринбурга, а всякие люди, с которыми мне приходится иметь дело); чем серьезнее человек "ищет", тем более он для меня приоритетен. в-третьих (для меня) -- это люди, которым надо помочь сохранить физическую жизнь, а в-четвертых -- кому надо помочь по науке. далее всё стохастически.
приложение правила 8 к жизни достаточно очевидно: человеку нужно уделять столько внимания, на сколько он может рассчитывать в зависимости от своей "категории".
Кажется, это все правила. при употреблении иметь в виду главное: аще не Господь созиждет дом -- всуе трудишася зиждущии, хотя бы они и строили по правилам.
базовые святоотеческие правила изложены применительно к минимальной форме такого участия -- совету.
Правило номер 0:если ситуация такова, что даже совет не может быть дан, то не может быть и никакого более сильного вмешательства в чужую жизнь.
что здесь нетривиально: технически возможно очень много ситуаций, когда совет не может быть дан, а что-нибудь другое -- может: например, может быть дано по морде. однако, если наша цель -- реально помочь, то мы имеем право на такое действие лишь в том случае, если бы мы -- теоретически -- имели бы право и на совет. т.е., например, дать в морду как мера пресечения -- это всегда пожалуйста, а как мера воспитания -- очень и очень не всегда.
это правило действует a fortiori из тех же оснований, что правила для подачи советов. поэтому переходим к ним. они изложены от случая к случаю у разных отцов, но наиболее систематически -- в Вопросоответах Варсануфия и Иоанна из Газы (нач. 6 в.).
Правило номер 1: если у вас просят совета, то установка by default должна быть на то, чтобы его не давать.
что здесь нетривиально: это делается не от подозрительности к намерениям вопрошающего (т.к. понятно, что спрашивать могут и с дурными целями -- тогда послать куда подальше надо будет с обеих точек зрения, и аскетической, и мирской; т.е. это как раз тривиально), а от уверенности, что ничего истинно полезного я знать не могу, и от моих советов должен быть только вред.
Правило номер 2:чтобы начать кому-то что-то советовать, должны быть особые основания.
что здесь нетривиально: если нам кажется, что мы знаем, что именно нужно посоветовать, то это все равно не основание, чтобы советовать. во-первых, мы должны знать именно церковное и святоотеческое решение. но и это -- не основание. это всего лишь условие sine qua non: если наш совет -- не святоотеческий, то он заведомо дурацкий. но и святоотеческий (внешне) совет может быть даже еще более дурацким.
основания, чтобы кому-то что-то советовать, зависят от отношений с тем, кто просит совета. в зависимости от отношений, существуют следующие правила:
Правило номер 3: советовать, когда вас не спрашивают, можно (и тогда уже должно) только тем, кто нам подчинен, но и только в той области, в которой существует это подчинение. советовать и указывать подчиненным -- это обязанность, исполнение которой не зависит от того, спрашивают они сами или нет.
например: родители -- детям, начальники -- подчиненным (но лишь в отношении работы)...
что здесь нетривиально: если подчиненные что-то портят, в том числе, самих себя, то пенять надо на того начальствующего, кто вовремя не посоветовал. а начальник должен стараться всё высказать своим подчиненным, даже если они совершенные уроды. множество хороших примеров в поучениях преп. Феодора Студита (+ 826 г.) своим монахам: их у него было несколько тысяч, среди них даже довольно много святых, но попадались какие-то совершенно отчаянные отморозки; поэтому преп. Феодор иногда честно признавался, что он хочет всех повразумлять хотя бы для того, чтобы ему самому потом не досталось на орехи.
Правило номер 4: советовать равным по иерархии можно только тогда, когда они сами об этом просят, ни в коем случае не проявляя собственной инициативы.
тут много чего нетривиального. во-первых, кто есть "равный по иерархии"? понятно, когда речь идет о двух послушниках, например. а если иерархия не "прописана" -- так, чтобы совсем очевидно? тут ответ простой: равными являются все, кто нам не начальник и не подчиненный. тут как раз возникает вторая нетривиальность: наше положение верующих не делает нас выше по иерархии, чем неверующие; если верующий начинает говорить с кем угодно, даже с полнейшим атеистом, как будто он знает больше, -- то он просто придурок, хотя бы и верующий придурок. потому что это знание -- это ерунда, это можно на магнитофон записать (во всяком случае, на СД). а вот по части усвоенности спасения этот самый христианин еще под большим вопросом, нередко и под бОльшим вопросом, чем этот неверующий. потому -- скромнее надо быть, товарищи. в особенности такая "нетривиальность" касается нашего брата попья: это ведь вообще бывает туши свет: как щеки надует -- так уж за всю жизнь и не сдует. но при общении с попами надо всегда иметь в виду, что никогда нельзя путать чьи-либо должностные обязанности с тем физическим лицом, которое занимает должность: т.е. нужно лобызать висящую на стенке в красивой рамке должностную инструкцию священнослужителя (где написано, что он должен быть святым -- да, именно так, ни много, ни мало; читаем Златоуста и Ареопагита) и с большим недоверием относиться ко всякому лицу, которое -- вроде меня -- на такое место влезло.
и еще важная третья "нетривиальность": "равные" могут проявлять инициативу как-нибудь опосредованно: например, почти всегда именно так поступают самоубийцы (их сигналы sos всегда зашифрованы, хотя понятны при знании языка). но, скажем, если человек в совете нуждается, это не означает, что он его реально просит. поэтому очень часто бывает лучше пройти мимо, ничего не сказав, даже если мы (предположим) знаем, как надо. тут дело в том, что, нарушив это правило, наше правильное "как надо" мы превратим в "как не надо" -- будет какое-нибудь искушение.
Правило номер 5: совета спрашивает старший по иерархии. -- нужно постараться уклониться. только если он спрашивает очень настойчиво, многократно и т.п., т.е. эксплуатирует нашу обязанность послушания к нему, -- то тут надо уступать и советовать.
теперь предположим, что мы оказались в ситуации, где мы должны подать совет, но у нас возникает подозрение, что наше участие в жизни ближнего не должно ограничиваться советом. до чего мы тут можем дойти?
Правило номер 6: при желательности нашего углубленного участия (= более, чем советом) в чужой жизни, мы должны исходить из своей системы приоритетов.
т.е. система приоритетов житейских обязанностей у каждого из нас должна быть. -- и в этом нет ничего нетривиального.
Правило номер 7: основной приоритет -- для всех и всегда -- это спасение нашей собственной души. у святых отцов это выражено в знаменитом афоризме "если ты спасаешь утопающего, то протяни ему свой жезл, а не руку". К.Н. Леонтьев (с полным одобрением) и за ним Бердяев (с досадой) называли это "трансцендентным эгоизмом".
в применении этого правила почти всё нетривиальное. легче сказать, что тут тривиального. ну, например, девушка не должна "спасать" алкоголика посредством заключения с ним христианского брака. по той же причине не следует продолжать тусоваться в дурном обществе, когда ты только что понял, что оно дурное...
Правило номер 8: из других людей может существовать небольшая группа или особая категория, за которой именно ты должен иметь особый присмотр.
тут все довольно тривиально: для родителей это дети, для попа -- прихожане и т.д. в этом роде. например, для меня это, во-первых, люди, ищущие монашества (м.б., сами того не зная пока что), и, во-вторых, все люди, ищущие истинного православия (в наш век коммуникаций это не обязательно прихожане нашего храма, хотя и они живут с разбросом от Кёнигсберга до Екатеринбурга, а всякие люди, с которыми мне приходится иметь дело); чем серьезнее человек "ищет", тем более он для меня приоритетен. в-третьих (для меня) -- это люди, которым надо помочь сохранить физическую жизнь, а в-четвертых -- кому надо помочь по науке. далее всё стохастически.
приложение правила 8 к жизни достаточно очевидно: человеку нужно уделять столько внимания, на сколько он может рассчитывать в зависимости от своей "категории".
Кажется, это все правила. при употреблении иметь в виду главное: аще не Господь созиждет дом -- всуе трудишася зиждущии, хотя бы они и строили по правилам.
